И дело не только в оживших рельефах, показывающих то, чего всё сильнее желало моё переходящее в фазу размножения тело, дело не в нынешней не самой удобной постели или почти неуловимом шуме дыхания Элоранарра и того, как он пьёт."
"Эта неловкость нарастала с того момента, как мы прошли мимо ярких клумб и оказались в сверкающем холле. В то, что Элоранарр устроит мне очередную проверку девицами, как-то не верилось, но я чешуёй чувствовала, что он пришёл сюда не танцами и знаменитыми иллюзиями наслаждаться, не ради уединения – его в других местах можно найти.
Я не могла заглянуть в его мысли, сейчас Элоранарр скрыл даже эмоции и больше молчал, а его лицо стало отстранённо-мрачным, но я готова была поклясться, что он хотел поговорить. О наших ли поцелуях или о недовольстве императором, но он нуждался в разговоре, не желал его и понимал, что лучше переломить это нежелание и поговорить.
Только переломить у него не получалось, и он пил бокал за бокалом. Я не мешала. Не из вредности или безразличия, а потому что ему самому нужно сделать шаг, ведь если я заставлю его разговориться раньше, чем он созреет, потом Элоранарр воспримет это принуждением, может заподозрить воздействие. Таких подозрений не хотелось. И совсем не хотелось, чтобы Элоранарр сломался или наделал глупостей только потому, что ему некому выговориться.
* * *Он прикоснулся ко мне. Я ощутила это сквозь дрёму: горячие пальцы, скользнувшие над скулой, погладившие кристалл серьги, запутавшийся в кружевах воротника. Затем он натянул на моё плечо одеяло. Едва уловимо прикоснулся к волосам, погладил…
Глава 36
Теперь Элоранарр сидел ближе ко мне. От этой близости мгновенно стало жарко, хотя я почти не ощущала его аромат за запахом вина и благовоний. Дыхание опять сбивалось, и я тратила все силы на изображение, будто до сих пор сплю.
Снова Элоранарр дотронулся до серьги, да что она ему покоя не даёт? И вдруг меня осенило: он мог знать, что серьга защищает от прямого воздействия магии. А именно такое воздействие из-за невозможности его контролировать в момент сильной страсти делало невозможной близость между драконами правящего рода и обычными драконами без благословения родового артефакта.