Только одно портило впечатление: бесчисленные кружева на пышных рукавах и кружевной же воротник. Эта новая мода, выряжавшая мужчин не меньше женщин, мне жутко не нравилась: мало того, что неудобно, с кружевами я намного больше походила на девушку. И отвертеться не получалось: на всех официальных мероприятиях Элоранарр велел мне соответствовать его статусу и одеваться модно. Но мне кажется, ему просто скучно страдать в кружевах, а так мы мучались вместе, и все его потоки негодования он мог завершать фразой «Ты же понимаешь, да?»
Подтянув многослойный кружевной рукав, я переворачивала страницу, когда дверь распахнулась, а в следующий миг захлопнулась.
Кровь во мне будто закипела, на миг потемнело перед глазами, и по конечностям разлилась тяжесть возбуждения, а вдоль позвоночника прокатилось тепло, устроилось внизу живота. Ненавижу своё тело: опять надвигался период размножения, и меня могло опалить жаром даже от пошлой шутки, возбудить прикосновение или запах.
Ритм звуков изменился. Судя по тому, что пара так и не перебралась на софу, кого-то имели прямо у стены. Девочки из борделя такое не любили: если сзади пристроятся, есть риск долбиться макушкой или лицом о стену, если придавят к стене спиной, есть шанс свалиться из-за слабости клиента и хорошо, если с него, а не с ним. Но кто-то выбрал именно этот не самый удобный вариант, поленившись пройти лишние десять шагов до горизонтальной поверхности.
– О-о, – громче донеслось среди шелеста ткани и тяжёлых вздохов, стон перешёл в судорожный вдох.
Голос… знакомый. Теперь я внимательнее прислушивалась к интонациям, чтобы отвлечься от собственного желания. И я его узнала. На меня будто плеснули ледяной водой: это Изрель. Единственная архивампиресса из пяти глав вампирских кантонов.
Впрочем, до неё мне дела не было, главное, чтобы меня не заметили. Я попыталась читать. Но не могла сосредоточиться из-за стонов и шлепков тел – не слишком-то они подходили к описаниям кровавых магических сражений.