Тут им хвосты и прищемили – Фламиры на своей территории ввели обязательную регистрацию всех артефактов, и нарушителей карали основательно, а тут не просто нарушители – из-под носа у стражников добычу увели.
Пришлось банде срочно бежать с территорий Фламиров, по пути скидывая ворованные артефакты, чтобы отвязаться от хвоста. Столица, подвластная Аранским, виделась им чудесным местом, где они, наконец, займут достойное место в преступном мире. Только жизнь в Столице дорогая, а из всей добычи остался лишь артефакт со щитами.
С каждым днём, спокойно прожитом в Столице, бандиты всё более верили в свою безнаказанность, Вожак на попойках стал в открытую носить медальон-амулет с гравированным изображением волка и хорошеньким девицам рассказывал, что это семейная ценность, а сам он благородных кровей, хотя на самом деле не знал ни отца, ни матери.
В одном из кабаков непатрулируемого района, где Вожак обычно щупал девиц и снимал на ночь, он заметил посетителя, наблюдавшего за ним третий вечер подряд. Тот носил полумаску, нижняя часть лица скрывалась под густой бородой. И вот одна из девиц Вожака сказала, что незнакомец интересовался его медальоном. Вожак испугался даже, не от Фламиров ли по его душу пришли, но после третьего кувшина пива отправился разбираться с гостем.
От того резко пахло чесноком, но, возможно, он скрывал свой настоящий запах – эта мысль пришла Вожаку намного позже.
Тогда Вожаку это показалось удачным стечением обстоятельств: они как раз пасли пекаря, который умудрился выбить себе поставки пирожков в ИСБ, но решил поторговаться, долго втирал заказчику, какое опасное и сложное это дело, что им всем понадобятся деньги потом залечь на дно.
Деньги у заказчика водились, а ещё он так смачно расписывал, как весело и здорово будет провернуть это дело, утереть нос столичному ИСБ, ославить их по всем кабакам… и Вожак раззадоривался всё больше, его прямо распирало от желания устроить такой грандиозный финт – то-то бы его зауважали все местные трусливые королишки.