Ещё окажется, что она с сегодняшнего дня вернётся к своим императорским обязанностям, построит всех и вся, в том числе и счастливого мужа.
И хорошо, что Дарион догадался с ней договориться: сейчас я не в том состоянии, чтобы проходить испытания. Я проснулась разбитая, словно меня только что поколотили големы, а сверху свалилась каменная плита, и магии опять не хватало, и я не хотела думать о поцелуе с Элором, странных ощущениях в этот момент — или вернее об отсутствии ощущений, хотя должна этому просто радоваться.
Но, похоже, у меня не было особого выбора, кроме как сидеть и думать обо всём, потому что к службе меня возвращать не спешили, а ведь в мире наверняка происходило много всего интересного…
* * *Делать было нечего.
Нечего было делать.
И что с этим делать — тоже не понятно.
Элор, кажется, обиделся на меня за холодный поцелуй или просто решил побыть один. Зато приходила сначала Сирин, потом Вейра. Они стучались в дверь, просили пустить, но я делала вид, что меня нет.
Постепенно ожидание становилось невыносимым из-за безумных фантазий о том, что сейчас происходит в мире после всех потрясений.
Я хотела в почищенное ИСБ.
Хотела узнать, кто служил Культу.
Заняться чем-то полезным.
Да хотя бы делами своих вассалов.
Даже бюджетные документы готова разобрать и пересчитать, лишь бы чем-нибудь заняться.
Но из всех доступных дел у меня был лишь отдых да простые упражнения вроде поднимания кровати, разминки крыльев, отжимания с секретером на спине — в общем, всякая не слишком отвлекающая ерунда.
От нечего делать я как раз стояла на руках, удерживая ногами кресло, когда в дверь резко постучали.
— Халэнн, можно войти?
Элор нарисовался. Я глубоко вдохнула. Старалась не думать о нём, но он явился, и я опять вспомнила поцелуй.
Глава 27
Я же хотела меньше на него реагировать, почему теперь меня это беспокоит? Радоваться должна.
— Халэнн, ты в порядке?!
— Да! — Я резко подтолкнула кресло вверх, перевернулась и успела поймать его в полуметре от пола. Поставила возле секретера и направилась к двери.
Стоило её открыть, Элор стремительно вошёл внутрь:
— Это переходит все границы! — Увидев расставленные на полу письменные принадлежности, Элор умолк и посмотрел на меня. — А ты что делаешь?
— Скучаю. Что у тебя случилось? — я уселась в кресло.
Потоптавшись, Элор не выдержал и подобрал с пола перья и чернильницу, вернул на секретер. Опёрся на него бедром и возмущённо сообщил:
— Люди обнаглели. Просто страх потеряли.