— У тебя такие роскошные волосы, — Диора потянула прядь его чёрных чуть вьющихся волос и намотала на палец. — И ты сам роскошный.
— А какие мускулы, — томно поддержала Вейра, потирая его мощный бицепс и строго посмотрела на Сирин Ларн.
Та едва заметно вздохнула и обняла Элора, прильнула к нему, скользнула ладонью по ноге ближе к паху — дразня, распаляя. А Вейра прижалась щекой к бицепсу Дариона:
— Такой крепкий…
Вот ведь… Разводят бардак ради остроты ощущений, а о том, что Элору сейчас не до этих буйств, и Дариону после возвращения во дворец как-то тоже, они даже не думают.
И Элор… понятно, что он по закону не вправе их прогнать, но хотя бы немного строгости проявить можно! Даже если ему нравятся встряски эмоций.
«Оргия… — донёсся до меня слабый шёпот Жаждущего крови. — Нас ждёт оргия…»
И Дарион тоже хорош, ведь не первый раз об него обтираются. Или ему нравится, когда драконессы его тискают?
Или он тоже надеется переговорить — мелькнула здравая мысль, после чего я окончательно уткнулась в книгу.
Меня здесь нет, меня здесь нет, пусть сами разбираются, а я в итоге получу Дариона, потому что как бы Вейра с Диорой об него ни обтирались, в постель не потащат, просто Элора злят, пытаются в нём собственнические инстинкты пробудить.
— Вижу, тут ничего не меняется, — заметил Дарион, пытаясь высвободить пряди волос из цепких пальчиков, но у драконесс не так-то просто что-то отнять, особенно если не намерен причинить им вред.
— Только состав немного поменялся, — согласился Элор.
— Элор, не пойми меня превратно… — осторожно начал Дарион. — А ты уверен, что тебе не надо прямо сейчас увести своих прекрасных драконесс?
— Я прекрасно знаю, что ты не будешь с ними спать, и все эти выкрутасы — напускное.
Я упорно смотрела в книгу и старалась не слушать, что они говорят, не думать, что Дариона сейчас тискают любовницы Элора, и Элора тоже тискают — Сирин Ларн.
И как дракон-собственник я прекрасно понимаю, что инстинкты разбудить не так уж сложно, и Вейра, Диора, да даже Сирин при всей её холодной отчуждённости, тоже это прекрасно знает.
— Это сейчас ты понимаешь, а потом начнёшь рычать, — проворчал Дарион.
— Я знаю, что эти две даже не в твоём вкусе, — хмыкнул Элор. — Ты же любишь миниатюрных, светловолосых…
Не понравилось мне, каким задумчивым стал его голос под конец фразы.