Я подхватил свою винтовку, чуть переместился правее нашей позиции, занырнул в заранее подготовленную нишу в кустах. Откинул сошки, выставил прицел на девятьсот метров. Ждем снайперов."
"Из зарослей вырвались еще два снаряда из гранатометов: один прошел выше и вдаль, второй ударил в склон перед Дмитрием, но тот примолк лишь на мгновение. Под таким углом, снизу вверх, очень сложно поразить противника из гранатомета, стреляющего по настильной траектории, – проще из подствольника даже: тот может закинуть свою сорокамиллиметровую гранату, со спиралью из насеченной проволоки внутри, по траектории навесной.
Я уже успел заметить, что некоторые пехотинцы, разбегавшиеся от горящих машин, несли за плечами толстые трубы одноразовых М163 – американских переделок шведских «Карлов Густавов» – или трубы поменьше – простенькие и незатейливые М72, вроде наших «Мух», состоящие на вооружении американской армии еще с вьетнамской войны. Это нам все не страшно, это в основном оружие противотанковое. РПО у них нет и не было никогда, к счастью, а вот если пристреляются из подствольников или сумеют выставить на прямую наводку автоматический гранатомет, то тогда нам придется побегать.
Хорошо, что американцы свой «Страйкер» на вооружение не приняли, и гранат с дистанционным подрывом для него пока нет, только в проекте. Представляете? Дистанция подрыва гранаты программируется при выстреле, и достаточно дать очередь просто над нами – и гранаты взорвутся в воздухе, и всех накроет, и всем достанется.
Снова целая серия выстрелов из гранатометов – и снова все или в склон, безопасно для нас, или выше.
Кроме одной – она ударила в ствол дерева прямо за Дмитрием. Я услышал, как он выматерился в эфир.
– Дмитрий, состояние?
– Нормально, царапнуло слегка и оглушило. Я в норме.
Точно, через несколько секунд его «Печенег» вновь затарахтел. Маноло тоже не отставал, и заработала СВД-С Карлоса. Значит, он уже на позиции. Снова дважды хлопнули мины в зарослях. Оттуда донесся чей-то отчаянный крик – видать, сильно кому-то приложило.
Я даже посочувствовал: у меня ведь к этим бойцам из Патрульных сил сейчас никакой злости не было. Мы с ними не воюем, мне никто из них ничего плохого не сделал, а мы уже убили их множество за сегодня. Просто так сложилось. Не их вина, что их политическое руководство решило мой народ на Новой Земле обескровить фактической блокадой, которую мы сейчас и прорываем. Так они и в блокаде-то не участвовали и, скорее всего, о ней даже и не знали.
