Мог Родман врать своим боссам, чтобы прикрыть собственную задницу? Да запросто, причем с прицелом свалить ответственность на подчиненных – мол, они вводили меня в заблуждение. Так даже проще.
– Кстати, а в ближайшие три дня не будет ни одного рейса отсюда? Совсем? – уточнил я.
– Совсем.
– Черт, – поморщился я. – Мне надо как-то дать знать жене, что я жив. Хотя бы телеграмму.
– Ты только сейчас об этом задумался? Бедная девушка, с кем связалась. – Она притворно вздохнула. – Ты можешь позвонить. Связь с материком не обрывалась, так что садись за стол – и звони.
Я задумался, посмотрел на часы.
– Может, мне выйти? – проявила Светлана деликатность.
– Нет, что ты, – запротестовал я. – Я просто прикидываю по времени, где она сейчас может быть. Надо звонить в магазин. Линия защищенная?
– А как ты думаешь? В этом-то кабинете? – загордилась она.
– Понятно.
Я пододвинул к себе телефон, снял трубку.
– Mi Amor.
– Corazon? Как ты? Где ты? – заволновалась она.
– В кабинете нашей общей знакомой.
– А что ты там делаешь? – В голосе вместо волнения появился оттенок подозрительности.
"– Если кратко, то они меня спасли вчера, – ответил я и добавил после паузы: – На самом деле.
– Скажи им спасибо от моего имени. – Голос заметно смягчился. – Ты в порядке?
– В полном порядке, – немного приврал я, скрыв ранение.
– Когда ты оттуда выберешься?
– Дня через три. Сейчас, после стрельбы и всего прочего, на три дня прекращено любое сообщение с материком.
– М-м-м-м… – «подныла» Бонита. – А скорее?
– Вплавь?
– Ну не знаю…
– И я «ну не знаю».
– Ладно, но ты там не засиживайся, хорошо?
– На острове в смысле?
Молчание и глубокий вздох в трубке:
– В смысле в кабинете.
– Договорились.
– Теперь скажи что-нибудь.
– Что?
– Угадай.
– Я тебя люблю.
– Угадал. Только ты в следующий раз это громче говори, не стесняйся присутствующих. Я тебя тоже люблю. Пока!
Я положил трубку на рычаг. Светлана смотрела на меня с легкой усмешкой:
– Как прошел разговор?
– Ты же слышала.