Призови жену свою Мару — Морену, что повелевает холодом душ наших — пусть заморозит сердца обидевших меня.
Во имя мести, во имя справедливости взываю к тебе. Услышь меня и помоги. Души врагов моих уйдут в царство твое отныне и до века, без права перерождения. Гой.
Нет, живым нельзя взывать к Чернобогу, ибо страшна его помощь, а плата ужасна. Но я просто говорил слова, не вкладывая в них силу, а вот призрак молилась истово, отдавая себя. И она была ближе к нему и поэтому была услышана. Из ниоткуда появились темные духи и закружились над нами.
— Воздух помнит их дыхание, — прошипел один.
— Земля помнит их шаги! — гневно откликнулся другой.
— Пролитая кровь помнит убийцу! — хищно оскалился третий.
— Погашенная жизнь помнит принесшего смерть! — яростно вскричал четвертый.
— Найдите их, найдите! — прокричала девушка. — Найдите, но не убивайте, это я сделаю сама, — и духи, мигнув, исчезли.
— Нам туда, — уверенно показала она рукой, и мы пошли.
Меня чуть потряхивало, если честно — все-таки находиться рядом с темными духами Нави очень сложно.
Петлять по ночному лесу — такое себе удовольствие, скажу я вам. Несмотря на мою силу, я все равно чувствовал себя крайне неуютно. Иногда вздрагивал от неясных шорохов, один раз чуть не долбанул огнем, когда где-то в стороне еле слышно треснула ветка. Призрак же шла себе вполне спокойно — ну да, она ж мертвая, что ей сделается.
Я видел ее нетерпение, видел, что она хотела побежать, но увы — у куска ткани, что хранился у меня, радиус действия был небольшой, а я бежать сломя голову через ночной лес не собирался, потому как ее реально можно было сломать. Ночь длинная, все успеем. Почему-то я был уверен, что мы найдем всех насильников, а уж как их покарать — у меня много идей.
Прошли мы по моим прикидкам километра три — четыре, пока не вышли к дому, окруженному высоким забором, который смотрелся чужеродно в этой глуши.
— Держись рядом со мной и никого пока не трогай, — шепнул я призраку, которая аж дрожала от нетерпения.
Над домом кружились духи Нави, но внутрь не залетали. Это наша добыча. Рывок, прыжок — и вот я с другой стороны забора. Ни защиты, ни охраны — совсем себя в безопасности чувствуют.