Сверкая и отражая лучи полуденного солнца она приковала к себе взгляды всех присутствующих.
И те, кто был способен хоть в малой степень ощутить могущество субстанции, от удивления слегка отшатнулись.
— Ты скажешь, кто взял с тебя клятву и кому ты отдашь эти кристаллы.
Аркемейя, взмахом руки собрав добычу в пространственный артефакт, толкнула в спину Тома. Тот распластался по земле, да так и остался в ней лежать.
Умный малый…
Аркемейя, одним рывком, грациознее кошки, схватилась за гриву стоявшего рядом Кровавого Мустанга (проклятая воровка!) и птицей взмыло в небо.
В седле она выглядела ничуть не менее прекрасно, чем стоя на земле.
— Когда мы встретимся в следующий раз, варвар, — произнесла она на языке Да’Кхасси. — то давай выпьем за тех, кто не вернулся с гор.
С этими словами она развернула коня и, цокнув языком, сорвалась с места в карьер.
Поднимая клубы песчаной пыли, отряд всадников вскоре скрылся где-то за поворотом.
— Ты отдал за меня такое сокровище, варвар? — поднимался, потирая шею, Том.
— Глупый вопрос, учитывая, что ты все еще жив."
"— Боги и демоны, — Том отряхнулся и вернул свой меч в ножны. — ты еще глупее, чем я думал. Я бы сбежал, но не отдал ради тебя такое богатство. Повторюсь — ты идиот.
Хаджар никак на это не ответил.
Он только надеялся, что Аркемейя подумает точно так же…
Глава 1022
Глава 1022
Ночью, ровно в три часа, когда, по древним преданиям, истончалась граница между мирами, Аркемейя чертила волшебные символы.
На перекрестке четырех дорог — символе четырех миров, она писала символы собственной кровью.
Узоры различной сложности появлялись под светом звезд и любой, кто проходил бы в этот момент мимо, ощутил бы изменения в реальности.
Тени будто становились плотнее. Тьма — гуще. Ветер — суше. А звездный свет обретал очертания ударов какого-то жуткого оружия, отдаленно похожего на взмахи серпа или, может, косы.
Закончив чертить, Аркемейя поднялась и, скрестив руки, начала качаться в трансе произнося при этом слова на древнем языке.
Но Аркемейя его знала.
Потому что она не была ни смертной, ни человеком.
Навсегда зависнув на границе двух миров, она несла в себе кровь и людей и демонов. И именно поэтому умела говорить на их языке.
Она нараспев повторяла слова призывающего заклинания, а затем с силой провела кинжалом по ладони.