* * *— Понятия не имею, что у тебя были за мотивы, старик-чародей, — прорычал сквозь сжатые зубы Хаджар. — но тебе стоит поторопиться, чтобы придумать хоть какое-то оправдание.
За спиной Дабладурта из дома высыпали люди Арбахама и… Алба-удун.
Гном-воин тут же обнажил свои топоры и на его теле засветились татуировки зеленых канатов.
— Одумайся, Хаджар-дан! — выкрикнул он. — не заставляй меня…"
"— О, это ты меня не заставляй, гном, — Шенси, демонстрируя, что в его старом теле еще остались искры былого пламени, подошел за спину гнома так легко, плавно и быстро, что даже Хаджар успел заметить лишь тень от движений Шенси, но не их самих.
— Для тебя — Алба-удун, вор, — чуть ли не сплюнул гном и попытался сделать шаг вперед, но наткнулся горлом на лезвие кинжала Абрахама.
— Подумай еще раз, гном, перед тем, как делать следующий шаг.
— Поганый мужеложец.
На эту ремарку Абрахам никак не отреагировал. Консервативные взгляды Рубиновой Горы его нисколько не занимали.
Хаджар и Дабладурт продолжали играть в гляделки. Хаджар понятия не имел, что делал внутри его души гном, но что-то подсказывало, что это было как-то связано с осколком первого из Дарханов.
Проклятье и Высокие Небеса! Да что вообще не было связано с этим исчадием древних страшилок?!
— Что ты…
— У меня есть для тебя ответ, — произнес Дабладурт.
Хаджара было сложно удивить (может в это сложно поверить, учитывая как часто он чему-либо удивлялся, но… сложнее, чем большинство из адептов), но в данный момент его глаза можно было сравнить по диаметру с имперской монетой Дарнаса. А она не у всех на ладони-то умещалась.
— Это что еще за язык такой? — нахмурился полуликий Гай. — не похоже на наречие гномов…. Немного отдает мертвым языком Хавладара, но этой страны нет уже эпох десять.
— Мудрейший эден? — татуировки на теле гнома немного потухли, а в его глазах померк яростный зеленый пламень. — почему я чувствую зло, исходящие от этого языка?
— Откуда ты знаешь этот язык? — спросил Хаджар, но меча от глотки старика не отнял.
Тот факт, что гном разговаривал на языке Страны Ветров — языке Черного Генерала, еще не отменяла того факта, что он, какого-то демона, копался в душе Хаджара.