Несмотря на то, что для становления удунами гномы уезжали на обучение в человеческий регион, Хаджар подозревал, что у них имелась некая своя система обучения, которая и приводила к тому, что все удуны имели такие яркие сходства.
В составе из пяти гномов, одной драконьей принцессы, терзаемой внутренними демонами и Хаджара, все еще носящего на голове почетное рабское украшение, они дошли до небольшого зала, скрытого за таким хитрым угловатым поворотом, что если смотреть с определенного угла, тот выглядел как часть стены.
Оптический обман, не более того.
Но безумно искусный.
В городах людей и драконов такое не увидишь.
Внутри все, чем-то, напоминало убранство того же зала, что и у старика Эдена. Доходило до смешного — за дубовым столом, на дубовых стульях, сидели разномастные гномы чиновники. В том, что они именно хрестоматийные чиновники, не возникало никаких сомнений.
Замасленные, бегающие глазки, животы, оттягивающие камзолы до хруста ниток под пуговицами. Замасленные пальцы, в чем-то похожие на сардельки и неисчисляемые количество подбородков.
Когда деньги и власть достаются легко и без забот, человек, гном, дракон — да кто угодно, в первую очередь пытается удовлетворить свои низменные потребности, которых был лишен в начале жизненного пути.
Пожрать побольше и повкуснее.
Потрахаться послаще и побольше.
Посрать в комфорте и тишине.
Все они одинаковые.
Забывшие свой меч и свой путь.
— Итак, — Гадат-Глад уселся во главу стола. — планы немного поменялись, господа. Вместо Таш’Маган на нижние уровни спустится Хаджар Дархан, Безумный Генерал.
"— Безумный Генерал? — подался вперед один из сидящих. Он выделялся тем, что не был толстым, а, скорее, тучным. Из-под воротника камзола виднелись руны, схожие с теми, что красовались на удуна. Хаджар догадывался, кто это был. Предмет столь пылкой ненависти Алба-удуна. Дагл-Уден. — Я что-то слышал о нем. Какой-то офицер из отдаленной человеческой деревушки на краю Белого Дракона.
— Всегда удивлялся твоей осведомленности, Дагл-дан, — все той же улыбкой ответил Гадат-Глад.
Чиновники утробно заголосили, поддерживая своего предводителя. Коррумпированные, жадные, но и настолько глубоко погрузились в свои ложи и воровство, что уже и сами уверовали в то, что являются истинными слугами народа и действуют во благо государства.