Те, в поисках силы, часто медитировали под водопадами, которые мириадами ударов обрушивались на их тела.
Сидеть под водопадом? Ха!
Хаджар вонзил в поток вторую руку и стиснул зубы. Не от боли, нет, а от ощущения, что он сознательно идет в распахнутые объятья давно уже ждущей его смерти.
Костлявая с косой столько раз упускала из своих пленяющих объятий простого адепта, что, наверное, устала уже за ним гоняться. А теперь Хаджар, будто римский глупец, сам пытался напрыгнуть на меч.
Следом за руками, он согнул ногу в колене и поставил её на уступ.
На его тело, укрепленное лишь драконьей кровью, обрушились тонны воды, каждая капля которых ощущалась ударом кинжала воина, осознавшего Единство с миром.
Рыча, стискивая зубы, Хаджар, преодолевая мощь водяного потока, поднял правую руку и положил её на следующий уступ.
Вновь, но теперь куда ярче прежнего, вспыхнуло энергетическое тело. Хаджару даже показалось, что в заглушенном ревом водопада, громовом раскате, он услышал отчетливый волчий вой.
По его руке, кроме ледяных потоков воды, теперь стекали ручейки горячей крови. Камни, которые тысячи лет точил водопад, оказались острее, чем лезвие артефактного оружия уровня Земли.
Через мгновение кровь потекла и по левой руке Хаджара, а затем по его плечам, по торсу, по ногам. Прижимаясь всем телом к скалам, он ощущал себя муравьев, ползущим по терке на встречу своему неизбежному концу.
Но стоило камням рассечь его плоть, как тут же яркость мередиан и узлов становилась еще больше.
Хаджар продолжил подниматься по водопаду. Сквозь пелену боли, вызванную водой, камнями и отваром, он пытался контролировать каждое свое движение. Любая ошибка грозила тем, что он сорвется с уступа и до озера долетят лишь рассеченные куски его тела, а не он сам.
Продвигаясь все выше и выше, Хаджар не раз и не два замирал, прижимаясь всем телом к камням.
Постепенно, пробираясь все выше и выше, он начал несколько иначе ощущать свое энергетическое тело. Раньше ему казалось, что оно, пусть и находясь внутри него, все е чем-то отделено. Возможно той пустотой, которая разграничивала пространства энергетического мира.
Но теперь он все явственней ощущал, что каналы, меридианы и узлы находятся внутри его тела.