И, после того как Гэлион заканчивал со своей муштрой, им приходилось обучать людей языку жестов.
В лесу он был важен, а в горах, где эхо от простого шепота разносилось на многие километры – просто необходим.
– Не знаю, – честно признался Хаджар.
В этот самый момент, когда бойцы отрабатывали загонную охоту, один из мечников случайно задел своей техникой стоявшего рядом товарища. В итоге тему едва не отсекло руку вместе с плечом. Крики, брань, ругань, бегущие лекаря и звон глиняных посудин в их тяжелых сумках.
– И я не знаю, – признался Неро, смотрящий на все это великолепие.
Сера, по обыкновению, находилась в лечебнице. Там она могла тренировать свои заклятья, общаться с учеными и выхаживать больных. С любовником она виделась больше по вечерам и ночам, а с другом генералом раз в несколько дней.
Её приглашали на военный совет, но она не приходила. Да и незачем ей было – дела Балиума и Лидуса никоим образом не касались жительницу Моря Песка.
– Скучаешь, – даже не спрашивал, а утверждал Неро.
Он заметил быстрый, едва уловимый взгляд товарища в сторону поселка у подножия горного хребта. Где-то там жила ведьма, которой удалось посадить занозу в железное сердце генерала.
– Не находишь странным, что нас обоих пленили ведьмы? – просвистел белобрысый воин, забивая трубку табаком.
– Меня никто не пленил, – возразил Хаджар.
И это было бы правдой. Иначе бы он либо остался с Нээн, либо забрал бы её с собой силой. Но ни того ни другого так и не произошло. Что, впрочем, не мешало ему порой мысленно возвращаться в гостевой домик, где он провел одну из самых прекрасных ночей в своей жизни.
Кто знает, сколько бы еще продлилась дружеская перепалка, если бы не подоспевший к возвышению Саймон. Он, вопреки своему обычному лощеному виду, был весь в саже, раскрасневшийся и в поту.
– Готово, мой генерал, – с одышкой отчитался он.
– Прекрасно, – кивнул Хаджар, высыпая на землю опаленный табак и убирая трубку за пояс. – веди.
Саймон развернулся и тяжело засеменил в сторону пещер, где, по приказу Хаджара, поставили кузни.
Пологие своды служили здесь крышей. К ним были прибиты дымо-и-жаро-отводы, но они не всегда справлялись с нагрузкой. Медные трубы местами давали трещины.