Они были сильны и их тяжелые тела наваливались на щиты, подминая их под себя. Они не боялись ни копий, ни мечей. Их не тревожили сползающие со щитов тела пронзенных сородичей.
Они чуяли плоть, кровь и страх и это были лучшие запахи в их жизни. Манящие запахи.
Стена не выдержала и Хаджар скомандовал:
– Копья в сторону! Бейся!
Отбросив в сторону копья, воины выхватывали оружие. Кто с мечом, другие с саблями, молотами, булавами, палицами и цепями. Они бросились в сражение с противником. Коготь против металла, клыки против зубов.
Хаджар и Неро ринулись в гущу схватки. Их клинки рассекали плоть и кости. Их техники мололи и рассекали десятки тварей. Стоя плечом к плечу, они погружались все глубже и глубже в вязкую от крови землю. Покрытые потом и грязью, они уже и сами мало походили на людей.
С очередным взмахом клинка, Хаджар начал чувствовать, как все быстрее бьется его сердце. Оно с радостью встречало это битву, но оно желало вовсе не такой… участи. Оно хотело, чтобы Хаджар отбросил в сторону меч и впивался в противников зубами.
Генерал задушил своего внутреннего зверя и вновь взмахнул клинком, отправляя в полет разъяренного дракона.
А затем ударило заклятие Серы.
То самое, что когда-то служило сигналом в битве с кочевниками.
С неба дождем проливался белый огонь сверкающих молний. Они били прямо перед куполом, превращая тела зверей в заиндевевший пепел. Те выли, рычали и бежали прочь от огня и смерти.
Хаджар, слегка облегченно вздохнув, продолжил биться с теми, кто успел прорваться через купол.
Он бил и резал. Колол и сек. Грязь покрывала все его тело и лишь бешено сияли два синих глаза, в глубине которых кружился разгоряченный битвой Хозяин Неба.
Из глотки генерала с каждым новым ударом, с каждой новой смертью вырывался совсем не человеческий рев.
Сверкал его меч, хрустели кости и тела под ногами и кипела кровь в жилах.
С очередным взмахом клинок высек искры.
Хаджар не сразу понял, что это были искры от стали, встретившей сталь. Он уже разворачивался, чтобы со всей силы обрушиться на противника. Как его остановил знакомый голос.
- Успокойся, Хадж. Это я.
Не сразу, сквозь пелену ярости сражения Хаджар смог различить черты лица своего товарища. Лица, так же покрытого грязью и кровью.
Вдовем они стояли посередине плаца, усеянного телами зверей и людей. Мешанина из тел, крови и земли.