Для девушек она из тряпок, травы и всякого барахла, делала принцесс” в красивых платьях. Для мальчишек – “рыцарей”. В итоге вокруг неё постоянно царил настоящий хаос.
Кто-то играл в “балы”, пуская своих принцесс в танец. Другие – в войнушку. У последних чаще всего портились куклы, и они вновь бежали к Элейн. А та, смеясь, чинила их и отправляла мальчишек на новые подвиги.
За забором (весьма условным, так как его можно было, при желании, перешагнуть) часто курсировали молодые парни. Реже – девушки. Первых отпугивало покрытое шрамами, жилистое и поджарое тело Хаджара.
Девушки же в деревне, пусть и хотели посмотреть на красавца, но все же не могли позволить себе быть опороченными слухами. Вот заметит завистница такое поведение, распустит слух о волном нраве девушки, а кто потом из парней захочет взять себе в жену нечистую, испорченную девку?
Нравы в деревнях Лидуса были ортодоксальными и, зачастую, непонятными для городских жителей.
– Хорошо ты с детьми управляешься, – произнесла вышедшая на крыльцо Нега.
Элейн улыбнулась женщине. За те два дня, что они отдыхали в доме Омерика, Элейн и Нега успели найти общий язык и даже подружиться. Впрочем, Хаджар подозревал, что хозяйка была первым человеком для принцессы, которого та бы смогла назвать другом или подругой.
– Мне нравятся дети, – ответила Элейн, взъерошивая шевелюру какого-то мальчишки. – они как полевые цвета. Простые и от того очень красивые. Совсем не как цвета из сада – чванливые и надменные, влюбленные в собственную красоту.
Нега, продолжая улыбаться, подобрала пышные юбки и уселась рядом. Её муж, как и многие другие, ушли на работу в поле. В деревене остались лишь ремесленники, молодняк, и женщины.
– Омерик рассказал мне вашу историю, Элейн, – тон у Неги был теплым, но в то же время слегка игривым. – очень поэтичные у тебя сравнения для девушки, выросшей в деревне.
– Вы и сами, достопочтенная Нега, говорите намного чище, чем ваши земляки.
Нега кивнула, вздохнула и посмотрела на ясное небо. Там плыли кучевые облака, обещая скорый дождь и даже бурю.
– Когда-то я жила в городе.
– А зачем переехали сюда? Обычно народ наоборот – стремиться в города. От этого деревни начинают мельчать и все труднее подедрживать сельское хозяйство.
– Сельское хозяйство? – переспросила Нега и засмеялась. – милая моя, наивная девочка. Какое уж здесь хозяйство, когда каждого второго мужчину забирают на рудник.