Вот только если бывшего генерала он еще мог отправить к праотцам, то принцессу…
Несмотря на всю поддержку империи, ему бы все равно пришлось отвечать перед Королем. А значит – и перед Наместником.
– Отойдите, принцесса, – цедил сквозь зубы герцог. – не усугубляйте положение.
Теперь уже пришел черед Элейн хмуриться.
– Я не ослышалась, герцог? – в её голосе все так же звучал холод. Вот только теперь он исходил не из спокойствия, а из чего-то очень могильного. – Вы приказываете мне?! Кажется, вы стали забываться, герцог.
После этих слов, нервы Борейского (как, видимо, и разум) не выдержали. Он резко обнажил клинок и сплюнул:
– Взбалмошная девка. Твоему отцу и дальше следовало держать тебя во дворце. Что ж, хорошая порка воспитанию еще не вредила.
Хаджар и Неро, услышав эти слова, так же не сговариваясь, отвернулись от легионеров. Они, полные ярости и решимости, смотрели на герцога.
От энергии, исходившей от двух мечников, сперва погнулись копья легионеров.
"Они упали на землю и застонали. На их щитах и броне проявлялись глубокие царапины, оставленные невидимыми клинками. Из сочленений брони потекла кровь.
– Возможно у вас хватит смелости, герцог, – рычал Неро, сверкая глазами. – повторить сказанное.
– Но спешу вас предупредить, – подхватил Хаджар. – повторять вы это будете перед праотцами.
Кто знает, рискнул бы Борейский, за спиной которого словно из ниоткуда возникло четыре фигуры в темных плащах. Несмотря на то, что от них веяло энергией практикующего, стоящего на грани истинного адепта, это нисколько не пугало ни Неро, ни Хаджара.
Пока рядом находилось плечо друга, они были уверены, что ни боги, ни демоны не остановят их клинков.
Увы, так ли это было на самом деле – останется на долю выдумок бардов.
– Достаточно! – прозвучал властный голос.
С другой стороны дороги спокойно шел Король. Заложив руки за спину, он излучал энергию Небесного Солдата. Вокруг него в воздухе танцевали клинки из черного ветра. Где-то рядом шел улыбающийся, явно наслаждающийся представлением, Наместник.
– Мой Король, – хором произнесли все присутствующие Лидусцы и упали на землю.
Хаджар, которому в очередной раз пришлось касаться лбом земли перед убийцей своих родителей, с великим трудом держал ярость и гнев взаперти.