Король стоял на лестнице и мертвым взглядом смотрел на тело собственного сына, лежащее у ног Хаджара. Со смертью Наместника пропали чары, удерживающие Примуса на месте. И теперь кровавые слезы капали с его лица.
– Генерал, – обратилась было Лиан, но Хаджар властно взмахнул рукой.
– Бери своих людей и уходите отсюда, – распорядился Хаджар. – Займите круговую оборону вокруг дворца. Не впускайте никого.
– Но…
Хаджар повернулся к единственному оставшемуся во всем мире человеку, которого он мог бы назвать “другом”.
– Ты знаешь план, Лиан. Знаешь, что будет дальше.
Лучница, отвернувшись, кивнула.
– Живите свободно, мой генерал.
– Умри достойно, – кивнул Хаджар. – мой друг.
Лиан скомандовала и войска двинулись прочь из дворца. Действия Серы немного форсировали план Хаджара, и теперь в Лунной Армии уже не было такой необходимости.
Когда войска покинули зал, там остались только двое.
Король и Генерал.
Братоубийца и Принц.
Примус и Хаджар.
Дядя и Племянник.
Те, кто не могли жить, пока один из них не умрет.
Глава 252
Хаджар стоял не двигаясь.
Примус спустился с лестницы. На едва двигающихся ногах он подошел к Неро… Эрену и опустился перед ним на колени. Бережно он поднял сына на руки.
Хаджар отвернулся. Он не хотел этого видеть. Может быть – не могу. В данный момент он нисколько не боялся поворачиваться к врагу спиной. Наверное, глупо верить в присутствие чести у такого человека, как Примус Дюран, но все же… Почему-то Хаджар знал, что узурпатор не ударит ему в спину.
"Хаджар отошел в сторону и, прислонившись спиной к стене, опустился на пол. Он оторвал от одежд широкий лоскут ткани и замотал им рассеченную ногу. Кровь уже остановилась – для этого было достаточно усилия воли и энергии. Но то, что во время боя рана могла открыться и сильно навредить – неоспоримый факт.
Наверное, только такие адепта как Наместник могли себе позволить игнорировать раны. Они у них, если верить Южному Ветру, затягивались едва ли не мгновенно.
Хаджар помотал головой. Сейчас не время было вспоминать Серу.
– Скажи мне – он сражался достойно? – голос Примуса дрожал и хрипел.
– Всегда, – ответил Хаджар. – Он был хорошим человеком, отличным братом и превосходным другом.
Примус посмотрел в глаза Хаджару, едва заметно кивнул и коснулся своим лбом холодного лба Неро.
– До встречи, сын мой, – беззвучно прошептал он.
Примус поднялся. В его руках оказался широкий, черный палаш.