Сергей на вид напоминал заморенного дождевого червяка. И был примерно столь же привлекателен. Но под его землистого цвета кожей, похоже, мускулы сплетались в стальные клубки.
– Я могу ехать? – закончив перестановку, робко осведомился он у тетки. – А то у меня еще дела.
– Езжай, Сереженька! – ласково позволила ему Галина Александровна. – Только покушай сначала.
Сергей пытался отказаться. Парень в самом деле торопился, что было видно невооруженным взглядом. Но Галина Александровна не отпустила племяша. И, стоя над ним, наблюдала, как он запихивает в себя ее пирожки с капустой.
– Куда это ты, голубь мой сизокрылый, торопишься так? – спросила она, ероша своей могучей рукой волосы на затылке парня.
Тот давился и ежился, чувствуя себя ужасно.
– Кстати, Настя тебе не звонила? – неожиданно произнесла Галина Александровна. – Пропала девка. Представляешь? Второй день не могу до нее дозвониться.
– С ней все в порядке, – брякнул Сергей.
Рука Галины Александровны на его затылке напряглась.
– Ты откуда знаешь? Где она?
– Тетя Галя, я вам не могу этого сказать, – заюлил Сергей. – Вы же моего батю знаете. Но с ней все будет нормально. Слово даю!
– Ты ешь пирожки, ешь, – задумчиво произнесла женщина. – Когда еще покушаешь вкусно.
Наконец экзекуция пирожками была закончена. И Сергей, не скрывая своего ликования, умчался прочь.
– Все слышали? – спросила она у них.
– Все!
– Тогда поехали!
– Как? И вы с нами?
Галина Александровна на долю секунды замерла. Но затем снова устремилась к входной двери."
"– Неужели вы думали, что я брошу Настьку на произвол судьбы?! – возмущенно воскликнула она по пути. – И не мечтайте даже! Она же моя дочь! И дело это наше, семейное.
Оказавшись в подъезде, все три женщины прильнули к стеклу.
Из соседней с Кириной «десяткой» машины за Сергеем следили еще две пары глаз. Нина и Рина тоже выдвинулись на защиту своего, как они считали, брата.