– Пойдемте ко мне! Я винегрет приготовила. Угощу вас! Заодно и про клиента вашего все расскажу! Уж поверьте мне, никто в нашем доме его лучше, чем я, не знает!
Оставалось только удивляться поведению некоторых то чересчур бдительных, то слишком легкомысленно доверчивых гражданок. В самом деле, что с ней такое? То она готова была ведром отстаивать свою жизнь и имущество, а то приглашает незнакомых особ к себе домой, даже не спросив у них при этом никаких документов.
Но похоже, у тетки так накипело на душе, что она и самого черта в гости с легкой душой пригласила бы, намекни он ей, что способен избавить ее от надоевшего соседства с опасным уголовником.
– Я уж и счет Колиным отсидкам потеряла! – раскладывая по тарелкам винегрет, где помимо соленых огурчиков была добавлена мелко рубленная жирная селедочка, говорила женщина.
Звали ее Катериной Ивановной. И жила она в этом доме почти двадцать лет. Ровно столько же она знала своего соседа с последнего этажа – Колю. Впрочем, этого типа знал весь дом.
"– Ага, сколько раз уж его по телевизору показывали! А милиция к нему чуть ли не каждый день прежде ходила. И участковый, и инспектора. И что вы думаете? Помогло это Коле исправиться?
И не успели подруги что-либо ей ответить, как она сама же воскликнула:
– Нет! Ничуть не бывало!
И, сев напротив подруг, она удрученно принялась докладывать:
– От того, что его по телевидению два раза показывали, он только еще пуще загордился.
– А что вы конкретно про него рассказать можете?
– Что сказать? Опасный он человек. А уж рожи к нему таскаются!
– Какие рожи?
– Такие, что в темноте увидишь, так враз от страха окочуриться можно!
И, пригорюнившись, она добавила:
– А лампочку-то у нас в подъезде частенько выкручивают.
– Говорят, у него сын есть?
– Имеется, – кивнула головой Катерина Ивановна. – Такой же уголовник. В папашу весь пошел. Тоже сидит. То есть сидел. Не так давно вышел.
– А другие родственники?
– Жена у Коли была. Да померла уж третий год как.