Но как обеспечить защиту? Нужны преданные воины, их нужно содержать. Войско не в две, три сотни. Для начала не меньше восьми сотен. Надеюсь Хайбула знает, что делает.
— Сафар, — напомнил он сидевшему неподалёку родственнику, — готовься к завтрашнему выходу.
Голос Гасана был твердым, решение принято.
Анвар уложив уставшего Мурата спать, вышел из комнаты.
— Анвар, присядь. — попросила Мелиса. — ты слышал мой разговор с полковником?
— Что ты думаешь о его предложении отправить Мурата в Петербург?
Мелис за долгие годы привыкла к Анвару и Елне.
— Полковник не бедный человек, граф и очень заслуженный человек. Говорят, что сам император благоволит ему. Я разговаривал с его старшиной. Он заверил меня, что полковник человек слова. Ты сама госпожа видишь людей лучше меня. Думается мне было бы мудро отправить Мурата подальше от этих мест, чую заваривается серьёзная каша и вы с детьми будете под ударом. Хорошо бы и Лейлу обезопасить. Заневестилась уже.
Анвар, конечно, был прав, но Мелис было страшно отправлять детей в неизвестность под покровительство едва знакомого человека. Не станут ли они рычагом воздействия на неё и Хайбулу. Хотя ничего необычного в практике заложников на Востоке нет. Сплошь и рядом, так сказать, для укрепления дружеских связей. Если бы она была с ними, это другой вопрос, но согласиться ли Хайбула? Нужно было встретиться с мужем и поговорить с ним о детях. Опасность для них была реальной. Если Пётр искренне предложил заботу о Мураде, нужно воспользоваться им.
Мелис так глубоко погрузилась в свои размышления, что позабыла про Анвара, который терпеливо ждал приказа госпожи.
— Прежней жизни не будет, как сложится новая не известно. Если замысел Хайбулы не получиться реализовать им придётся плохо.
Мелис вздохнула. Дорога сильно вымотала её и она очень надеялась на защиту Петра, чтобы была возможность отдохнуть и набраться сил.
— Возможно ты прав Анвар, нужно дождаться встречи с мужем. Окончательно решить может только он. — Очнулась Мелис.
— Да, госпожа. — поклонился Анвар.
Глава 10
Особняк графа Васильева. Петербург.
Дмитрий Борисович сидел в кресле и слушал князя Долгорукого. Очередная встреча старых друзей.