- Пухляшик, сделаешь салат из свежих овощей? - в третий раз спрашивает он меня, когда мы несёмся в поезде из мегаполиса в пригород.
Нам нужно за полтора часа, пока едем в одну сторону, приготовить блюда из двух разных меню, а после обслужить пассажиров, которые сядут на поезд и отправятся обратно. В итоге на всё-про всё у нас три часа.
- Да, я же сказала, - чуть резче, чем того требует ситуация, отвечаю я, занимаясь стейками.
Он смотрит на меня с подозрением, кивает и произносит короткое:
- Позже поговорим.
"Оно и правильно, обсуждать что бы то ни было, не связанное с шоу, перед камерами глупо. Да и вряд ли нам позволят это сделать. А я уже мысленно ругаю себя за то, что не сдержалась. Чем больше думаю об Орловском и Милене, тем больше хочется о них поговорить, и тем больше же боюсь этой беседы. Могу услышать то, что мне совсем не понравится, а лишняя порция страданий мне сейчас совсем ни к чему.
На обратном пути, когда начинаем готовить и подавать блюда гостям, ни на что другое не хватает ни мыслей, ни сил.
- Всё! Готово! Сегодня мы молодцы.
Андрей, довольный собой, возвращается в крохотную, жаркую кухоньку, где мы только что сделали невозможное - приготовили шесть разных блюд.
- Да, отлично поработали, - соглашаюсь я.
Мы обмениваемся впечатлениями с другими участниками - в основном все согласны с тем, что задания с каждым разом всё труднее и труднее. И что ждать от проекта дальше никто не может даже предположить.
На этот раз ведущие хвалят наше азиатское меню, чем немало нас удивляют. Мы выбрали его совершенно случайно, для нас это был своего рода эксперимент.
Мы в безопасности, в игру на выбывание отправляются две других команды, а это означает, что у нас есть пара дней, чтобы перевести дух.
Я лениво листаю книжку, отказавшись от заманчивого предложения подруг идти встречать осень. И хоть она всё ещё похожа на позднее лето, на календаре уже сентябрь.