– А как же тот путь, о котором «забыл» упомянуть Матиас? – полюбопытствовала Нина.
– Основные силы по нему не пройдут, – поник фьерданец. – По крайней мере, не быстро.
Каз задумчиво посмотрел на Белый остров, наклонив голову набок.
– Он снова что-то замышляет, – пробормотала Инеж.
– Несомненно, – кивнул Джеспер.
Она будет скучать по этому выражению лица.
– В кольцевой стене трое ворот, – начал Бреккер. – Тюремные уже закрыты из-за Желтого протокола. Посольские ворота узкие, и там не протолкнуться из-за гостей – фьерданцы не отправят туда войска.
– Я обеими руками за то, чтобы запереть фьерданцев в их же «крепости», – ответил стрелок. – Честно. Но как тогда выберемся мы? Когда Черный протокол активируется, вы, друзья мои, окажетесь в заточении на Белом острове, а мы – во внешнем круге.
Улыбка Каза была острой, как бритва.
– Слава святым, что мы все хорошие воры. Мы отправимся на небольшой шопинг… за счет фьерданцев. Инеж, – повернулся он, – начнем с чего-нибудь блестящего.
Спрятавшись за стеклянным куполом, Каз изложил детали того, что задумал. Старый план казался дерзким, но он, по крайней мере, строился на хитрости. Новый же был настолько отчаянным, что мог прийти в голову только безумцу.
Инеж прислушивалась к своему сердцу, ожидая отыскать там тревогу или страх, но чувствовала лишь готовность. Эту работу она выполняла не ради того, чтобы вернуть долг Перу Хаскелю. Не ради Каза и Отбросов. Ей этого хотелось – денег, чтобы осуществить свою мечту."
"Пока Каз объяснял, а Джеспер резал веревку на равные куски ножницами из прачечной, Уайлен помогал подготовиться Нине и Инеж.