Стучу для вида и, не дождавшись приглашения, переступаю порог.
Авдеев стоит около стола, спиной ко мне, что-то набирает в телефоне.
Твою мать, какой он здоровый.
Сглатываю, пока взгляд скользит по его мощным плечам под белоснежной рубашкой, рукава которой закатаны до локтей. Замечаю странную гротескную татуировку от запястья и выше, куда-то за локоть. Крутецкие часы. Идеально сидящие по длинным мускулистым ногам темно-серые брюки.
Господи, да за такой мощный зад-полкой женщины удавятся!
Наприседал?
Я вышвыриваю из головы картинки, где он, здоровый и мокрый, таскает в зале тяжелое «железо».
Колени снова предательски трутся друг об друга.
— Вадим Алек… — Соображаю, что слишком долго и молча на него пялюсь, но он перебивает.
— Обычно, Кристина Сергеевна, за вход ко мне без разрешения я сразу увольняю. — Голову снова не поворачивает — видимо, не царское это дело, опуститься до простой смертной.
Крепко, до боли за ушами, сжимаю челюсти.
Я бы хотела ненавидеть его еще больше, но, кажется, достигла своего потолка еще в прошлую нашу «встречу».
— Прошу прощения, Вадим Александрович. Это больше не повторится.
— Принесли данные по CoreGroup?
— Да. Это пока рабочий материал, но я могу доработать его к концу завтрашнего дня.
— А я просил?
— Что? — Чувствую себя так, словно только что на всем ходу влетела в невидимое бетонное заграждение.
Авдеев поворачивается.
Держит в руке телефон — светящимся экраном вверх.
Лениво упирается бедрами в стол, свободной ладонью обхватывает край столешницы.
— Я просил нести эти данные сейчас? — расшифровывает ленивым «сытым» тоном, как ни в чем не бывало продолжая листать что-то в телефоне."
"Пишет что-то моей драгоценной мачехе?
Договаривается, как они проведут праздники? После ужина в каком ресторане и к кому поедут, чтобы потрахаться?
Эта мысль меня отрезвляет. Остужает раскаленную его демонстративным пренебрежением голову.
— У меня все равно почти все готово.
Авдеев слегка поднимает голову.
Чувствую, как трогает взглядом лодыжки.
Снова возвращается в телефон, как будто увидел достаточно и дальше ему по-прежнему не интересно.
Молча терплю этот ледяной душ.
— Все еще ждете специальное приглашение, Барр? — Легкий кивок в сторону своего стола.
Реально козлина.
Поджимаю нижнюю губу, мысленно спускаю раздражение через несуществующий клапан.
Подхожу.
Кладу папку на стол.