Разговаривая с Виноградовым, Бирюков не мог отделаться от мысли, что именно Максим Вольфович тот самый «холеный дядька лет пятидесяти», который привез из Новосибирска Галактионовой уцененную стенку и у которого грузчик Санков «стрельнул» пару сигарет «Мальборо». Чтобы проверить навязчивое предположение, Антон придвинул к Виноградову пепельницу:
— Закуривайте, Максим Вольфович, если хотите.
— Спасибо, второй год не курю, — отозвался Виноградов и, сосредоточенно нахмурившись, заговорил: — Кажется, догадываюсь, кто из женщин мог организовать фальшивые послания.
— В следственные органы об этом заявляли?
— Нет. Асултанов решил не выносить сор из избы. Воровство сотрудников снижает престиж фирмы и отбивает клиентов.
— Не в сговоре с Асултановым Зарецкая получила из банка эти деньги?
— Вряд ли руководитель станет обворовывать свою фирму. «Автосервис» — не государственное предприятие, где можно запустить руку в чужой карман. Хотя нечто загадочное в молчании Магомета Саидовича есть.
Бирюков чуть подумал:
— Для подделки непременно надо иметь образец почерка.
Прежде чем ответить, Виноградов носовым платком вытер вспотевший лоб:
— Соня прислала мне из Сочи два пространных письма. Читал я их на даче и прекрасно помню, что положил на тумбочку в спальне. А после исчезновения Сони этих писем уже не видел. Вероятно, они и послужили основой для подделки.
— Зарецкая бывала у вас на даче?
— В прошлом году, когда Соня была на курорте, я еще работал в «Автосервисе», и Клара несколько раз приезжала ко мне в Родниково по служебным делам.
— Когда она появлялась там последний раз?
— После второго письма от Сони. К сожалению, вспомнил я о тех письмах лишь после того, как Соня пропала. Пытаясь разгадать тайну ее исчезновения, обшарил всю дачу, однако писем так и не нашел.
— Может, вернувшись с курорта, София Лазаревна уничтожила их?
Виноградов пожал плечами:
— У нее не было привычки уничтожать ни свои, ни чужие письма. Дома этих писем тоже не оказалось.