Сирийский рубеж

— Кеша, возьми управление, — сказал я и Петров взялся за ручку и положил руку на рычаг шаг-газ.

Вазим пропустил меня, чтобы я вышел. Оказавшись в грузовой кабине, тут же почувствовал запах гари, медикаментов и сожжённых волос.

На одной лавке лежал израненный Басиль. Голова и нога были перевязаны. А один из бойцов Сардара сидел с ним рядом и держал капельницу. На другой лавке лежал второй — тяжело раненный Горин. Рядом с ним на коленях стояла Тося, держа в руках бинты.

Я подошёл, чтобы спросить о состоянии Владимира.

Но увидев его разбитую голову и стеклянные глаза, надежда на лучшее начала угасать.

— Держись, брат! — перекрикнул я шум в грузовой кабине, но Володя меня вряд ли слышал."

"Я взял его за руку. Горина трясло. Глаза начали бегать из стороны в сторону, а зубы стучали друг об друга. Он уже уходил от нас.

И в этой постоянной вибрации тела, Володя поймал мой взгляд. Наши глаза встретились. На окровавленном и местами обожжённом лице Горина, появилась едва заметная улыбка.

Губы зашевелились.

Вижу, что Володя пытается что-то сказать, но я его останавливаю. Взглянул в иллюминатор, а там уже и окраина Дамаска.

— Довезли. Володя, довезли, — громко сказал я, посмотрев на Горина.

Но он так и не отвёл от меня взгляд. И уже никогда не отведёт. Его рука начала ослабевать и окончательно обмякла.

Всё это время рядом на полу кабины сидел Зотов. Весь в пыли и взмокший от пота. Валера изо всех сил старался держаться, но не выдержал и ушёл в конец кабины.

Каждый такие моменты переживает по-своему.

Я вернулся в кабину. Сначала взял управление, и только потом рассказал всё Кеше. Он уже был готов к такому, но не смог себя сдержать и несколько раз хлопнул по шлему.

— 101-й, ответьте Мезза-контроль, — запросил меня руководитель полётами авиабазы на окраине Дамаска.

— Отвечаю, 101-й.

— Машины скорой помощи готовы. Посадку рассчитывайте на перрон. Запрашивают информацию о состоянии пассажиров.

Я выдохнул и сформулировал полный ответ.

— На борту раненые. Есть один тяжёлый.

И… один погибший. Позвоните в Белый дом, — объяснил я, называя неофициальное наименование штаба главного военного советника.

— Вас поняли. Транспорт ждёт.

Через три минуты появились и очертания авиабазы. Уже видна полоса и стоянки. Ещё пару недель назад отсюда мы перебазировались в Эс Сувейду. На стоянках было множество техники, но сейчас здесь только дежурное звено в капонирах. А на замаскированных позициях — комплексы ПВО.

— 2-й, садишься за мной очередным.