У Брауна, фон Кирстова и Ланга еще мог остаться пособник на берегу. Вполне вероятно, что у Ваффензее – тоже. «Сирены» могли, не разобравшись, вступить в боевое столкновение с германской спецслужбой, что простительно, но в данном случае не слишком желательно.
...Мине и Посейдону показалось, что обратный путь занял у них больше времени, хотя пленник плыл хорошо, а позаимствованный у Брауна ящик никак нельзя было счесть обременительным грузом.
Когда они выбрались на сушу, немец остановился у кромки воды и выжидающе уставился на «Сирен», намекая на желание вернуть себе нормальный облик.
Под нею и в самом деле оказался Клаус Ваффензее.
– Вы могли все сорвать, они чуть не ушли, – произнес он сердито на хорошем русском языке.
Каретников усмехнулся:
– Ну, вы и наглец, герр Ваффензее. Нет бы представиться, объединить усилия – вы предпочли действовать втихаря. Скажите еще спасибо, что живы остались.
– У меня не было полномочий откровенничать, – огрызнулся немец.
– Вы о ком говорите?
– Вы и этого не знаете? О Хельге, конечно... Она должна ждать на катере.
– Мы послали туда людей, – вмешался Мина.
– Да? – Лицо Ваффензее помрачнело. – Мне их жаль...
Глава двадцатая
СЕВЕРНАЯ АМАЗОНКА
Торпеда и Флинт объявились, как и положено, беззвучно. Не дожидаясь приказа, они присоединились к Мине и держали зарубежного партнера на прицеле.
Посейдон лихорадочно прикидывал, как быть дальше.
– Когда вы в последний раз с ними связывались?
– Сорок минут назад. Нас кто-то глушит, шеф. Ума не приложу, как они сориентировались. С вами та же история.
– Понятно. Никто не переодевается – идем как есть. Нельсон и Торпеда, вы сменяете нас, добираетесь до катера вплавь, мы идем берегом.
«Сирены» кивнули.
– Что делать с этим?
Посейдон потер переносицу.
– На острове есть ваши люди? – спросил он подозрительно.
– Я работаю в паре с Ирмой Золлингер. Но боюсь, что с Хельгой она в одиночку не справится.
– Почему же в одиночку? Там все-таки двое наших бойцов.
– Это ясно... Но если Хельга задействовала фактор внезапности, а это она умеет, то очень возможно, что никаких ваших бойцов там уже нет...
Каретников поджал губы."
"– Вы не знаете, о ком говорите. Эти ребята стоят десятерых каждый. Хорошо, скоро увидим...