хлебайте сами теперь...
И он витиевато выругался, уже по-русски, очень искусно – Торпеде редко приходилось слышать такую музыку.
– Хорошо, хорошо, – закивал Торпеда. – Животное, шайсе, хорошо. Ты только скажи. Иначе можешь забыть про больничку...
– Засунь свою больничку... – пробормотал Ваффензее и больше ничего не сказал.
Его тело вдруг отяжелело, и Торпеда отпустил труп.
– Мина! – крикнул он. – Пусть командир не стреляет! В этом ящике какая-то зараза...
– Да! – послышался снаружи голос Гладилина. – Вы совершенно правы! Лучше не пробовать!
Посейдон мгновенно отреагировал:
– Это мы уже слышали! Раз так – отпусти мальчишку! Тебе хватит страховки!
– Остынь! Я никого не отпущу.
Посейдон еле заметно кивнул Флинту.
– Что же это такое, шеф? – с горечью спросил тот. – Он так и будет банковать?
Гладилин будто услышал его слова, хотя стоял слишком далеко.
– Мне нельзя даже падать, – предупредил он. – Понимаете, что это значит?
– Не пудри мне мозги, – отозвался Посейдон. – Мы волохали эту штуковину и так, и сяк. Корпус прочный. Если там какая-то взрывчатка, она бы давно сдетонировала.
– Там не взрывчатка, – усмехнулся капитан. – И никакого корпуса больше нет.
Внутри у Каретникова вдруг все похолодело.
– Вы... вы вскрыли его, что ли?
– Конечно. И то, что мы вынули, – оно очень хрупкое.
– Я не верю тебе. Покажи.
– Твое дело, не верь.
– Хорошо, твоя взяла.
– Вот и славно. – Гладилин повернул голову – Вы, орлы! Двигайте за начальством и руки поднимите. Не дай Бог вам дернуться...
Он отошел еще на два шага в сторону, чтобы Мина не смог до него добраться. Мальчишка с запрокинутой головой был ни жив ни мертв. Мина медленно спустился по ступеням с поднятыми руками.
– Остальные! – крикнул капитан."
"– Там только один, – огрызнулся Мина, не поворачивая головы.
– Врешь, сука.
– Ну, посмотри сам. Он ранен, можешь не бояться.
– Ага, – кивнул капитан. – И с немцем порядок?
– Вы с ним скоро встретитесь, – пообещал Мина, идя к Посейдону и Флинту.
Гладилин ждал, из часовни никто не выходил.
– Вызовите его! Иначе я вернусь внутрь и устрою бойню!
– Торпеда! – закричал Каретников. – Ты можешь идти?
Ответа не было. Торпеда показался в дверях через несколько секунд. Он с трудом передвигал ноги и смотрел прямо перед собой.