Удалось проследить практически всю цепочку, так что при острой необходимости – об этом было особо объявлено – как Ахмета, так и Ромео можно было живыми не брать. Помимо наркоторговли за Ромео и Ахметом числилось немало других славных дел. В частности, Ахмет организовал бандформирование, а Ромео и организовывать ничего не приходилось – его табор и без того был прочно спаенной бандой наглых боевиков, ворья всех мастей и верных марух-гадалок.
Дом наркобарона был виден издалека: стереотипное новорусское строение, особняк красного кирпича с нелепыми башенками и шпилями.
Ромео поселился в пригороде, отдав предпочтение Ладожскому направлению. Здесь было как-то грязнее, запущеннее, здесь в известной степени царила анархия, разгул которой был положен еще в лихие 1990-е годы.
Он понятия не имел о легендарной боевой группе номер один под предводительством Мадонны и Маэстро, залегшей в ближайшем подлеске.
Ромео, правда, приходилось слышать о ней, но он пребывал в уверенности, что никогда не соприкоснется с этими людьми лично.
Ахмет с тремя вооруженными сопровождающими подъехал на «шестисотом» «мерине», уже вышедшем из моды, но по-прежнему являвшемся для кавказцев символом неоспоримого могущества. Под пристальным взглядом видеокамер низкорослый, уродливо толстый Ахмет, покряхтывая, выбрался из сверкающего автомобиля и выжидающе остановился перед воротами.
Видеокамеры удовлетворились видом его лоснящейся рожи.
Зажужжал мотор, створки ворот медленно распахнулись. Ахмет зашагал вперед, «мерседес» медленно двинулся следом. Ворота замкнулись позади гостей, не подозревавших, что вместе с воротами захлопнулся и капкан.
Особая опасность фигурантов понудила органы наркоконтроля отказаться от применения собственных сил и средств и обратиться за помощью в УФСБ по Петербургу и области с просьбой выделить лучших из лучших.