- Твой муж отказался присутствовать на родах, — сообщает акушерка, заботливо стирая пот с моего лица.
Позволяю себе выпустить слезы.
Хнычу, потому что Антон оставил меня одну гореть в аду. Он не позволил прийти моей матери. Уверял, что сам будет рядом.
И бросил.
Я слишком слаба, и муж знает это. Я безумно нуждаюсь в поддержке. Особенно сейчас."
"— Ничего, девочка, все хорошо будет, — нашептывает акушерка ласково. — Оно и к лучшему. Знаешь, какие мужики впечатлительные. Испугается — потом год к тебе не подойдет, — хохочет она, пытаясь приободрить.
- Антоша, — сиплю, как обиженная маленькая девочка, и кусаю губы, слизывая соль от слез.
Теперь не только страшно и больно, но и… одиноко.
Стоп!
Соберись, жалкая Снежана! У тебя двое детей! Которых еще надо родить!
- Тужься! — прорывается в мой мозг. И опять заводит тот же механизм.
Вот только я не робот. И мне. Безумно. Больно!
- А-а-а! — до хрипоты.
Вдох. И снова.
Минуты сливаются в часы.
Я теряю связь с реальностью.
Есть только дикая боль. Мои истошные вопли. Голоса врачей.
И, наконец, первый крик моего ребенка. А потом — едва уловимый запах. Родной, любимый. Прижимаюсь губами к влажному лобику. Сквозь пелену слез пытаюсь разглядеть черты лица, крохотного, кукольного. Но малышку забирают.
- Давай еще! Сейчас! Тужься!
На этот раз все происходит легче и быстрее. Но все же я успеваю коротко помолиться. Попросить здоровья моим девочкам. И счастья.
- Больно-о-о. А-а-а!
Финальный крик — и вслушиваюсь, тяжело дыша. Проходит не более пары секунд, которые кажутся мне вечностью, прежде чем доносится писк второй дочки.
Все в порядке! В порядке!
Обессиленно падаю назад, слегка ударяясь затылком. Но мне все равно.
Плевать на то, что делают дальше с моим безвольным, сгорающим в агонии телом. Не реагирую на перешептывания медперсонала. И отдельные слова должны бы насторожить меня.
- Кровотечение… Капельница…
Голоса отдаляются. Как и крик второй малышки.
Я отключаюсь, но с улыбкой на лице. Не важно, что будет со мной. Главное я сделала.
Обе мои дочери появились на свет…
* * *Несколько часов спустя
Медленно открываю глаза и жмурюсь от яркого света, что отражается с потолка. Ворочаюсь, чуть приподнимаю ресницы. Замечаю капельницу, трубка которой тянется к сгибу локтя.