За исцарапанным и потертым временем стеклом дребезжавшей всем своим слабым организмом «четверки» проносились унылые городские пейзажи, в салоне висела волнительная тишина, а Галочка нервно анализировала все, что успела рассказать о себе новому знакомому, и пыталась сообразить, все ли сделала правильно.
Евгений молчал, и от этого у притихшей Галины тягостно щемило в груди. Чего он ждал от этого знакомства, что не понравилось? А может, он вообще сейчас вез ее к себе? И как быть? Отказать? Согласиться? Может, права Наташка, и хватит уже беречь непонятно что неизвестно для кого?
Как тяжело-то!
Галочка вздохнула и испуганно покосилась на молодого человека.
«Нет, точно не к себе везет, – пронеслось у нее в голове. – Сейчас вообще как высадит у метро! И до свидания…»
– Я не очень-то часто общаюсь с девушками. То есть общаюсь, но по работе, – неожиданно разорвал опутывавшее их молчание Женя. – Так что извините.
– Ничего-ничего. – Галя не знала, как реагировать, поскольку фразу не поняла.
– Ой, вы знаете, у меня еще дела в городе, я забыла, – пролепетала Галя, решив не позволить ему первому сказать ей, что пора прощаться.
Конечно! А на что она рассчитывала? Толстая, коротконогая дура, с которой даже не о чем поговорить! Одна биография чего стоит: детский сад – школа – институт – опять школа. Все! Где она была? Что видела? Посредственность с жидким «хвостиком» в старом платье.
Процесс внутреннего самобичевания был прерван резкой остановкой машины. Галя чуть не выбила головой лобовое стекло и испуганно посмотрела на Женю.
– То есть мы прощаемся? – поинтересовался он.
В вопросе Евгения ей почудилось удовлетворение: молодец, сама догадалась, не создала хорошему человеку лишних проблем. Она даже перешла на «вы», чтобы упростить процедуру расставания. Два чужих человека: сошлись, «повыкали», разошлись.
– Было очень приятно познакомиться, – дрожащим голосом залепетала Галочка. – Спасибо за восхитительный вечер. – Она дернула ручку, которая легко отвалилась и брякнулась куда-то вниз. Дверца зияла рваным отверстием и радовала невозможностью ее открыть. – Ой, я вам тут сломала. – Напряжение пробило плотины, и по Галочкиным щекам потекли слезы.
– Все, не судьба вам уйти от меня, – нервно хохотнул Женя и увидел ее зареванное лицо.