Не успела Любаша выйти замуж за очень симпатичного парня по имени Игорь, как он скончался от простой случайности. Решили сделать шашлык, собрали гостей. Игорь начал нанизывать мясо на шампур и поранил руку. Моментально обработали рану антисептиком.
– Ерунда, – отмахнулся парень, – заживет как на собаке.
Но уже вечером с температурой сорок его отправили в больницу. И здесь опять все было против Любочки. Происшествие случилось на даче, в страшную жару. Игоря поместили в крохотную больничку, до Москвы было далеко.
Мария Григорьевна мигом оценила ситуацию и поспешила в столицу. Но когда она с двумя московскими профессорами и сумкой, набитой медикаментами, явилась в больничку, тело зятя уже отправили в морг, а Любочка, заламывая руки, бегала по стертому от частого мытья старому линолеуму.
Больше Люба замуж выходить не хотела. Она решительно говорила:
– Нет.
Мария Григорьевна очень переживала, пыталась вразумить дочь, но та не слушала мать.
Впрочем, Люба отмахивалась и от других советов Марии Григорьевны. Она открыла секс-шоп. Вернее, сначала небольшую палатку. Мать страшно переживала, что дочь занялась таким неприличным делом. Боялась, как бы Алина не узнала, чем торгует тетка.
Старушка туманно отвечала:
– Бизнесом владеет, только не спрашивайте о деталях, я их не знаю. Крутится, как и все.
Но и в коммерческих делах Любе не везло. Она, понадеявшись на удачу, расширила свою торговую точку и прогорела.
– Вы не поверите, как мне было ее жаль, – качала головой Инга, – и Марию Григорьевну тоже. Словно рок над ними висит.
– Нет, не поверю, – я решительно прервала Горскую.
– Почему?
– Потому что вы дали Любе денег в долг, а потом заставили ее переписать на себя магазин! Горская покачала головой.
– Кто наплел вам эти глупости?
– А что, не так?
– Нет, конечно, – завела было Инга, но тут же спохватилась:
– Вы не журналистка!
– Почти угадали.
– Зачем вы явились сюда?
– Я расследую убийство Любы Боярской.
– Люба умерла своей смертью, – сердито возразила Инга.
– Ее убили, – спокойно парировала я.