А я еще считала, что невозможно убить словом. Ничего подобного. Я как будто зависла на грани жизни и смерти — настолько сильную боль мне причинило ее признание.
— Понимаю… ты злишься, — торопливо продолжила Астра. Ее голос звучал приглушенно, словно сквозь магический туман, который мы столько раз создавали на уроках. — И имеешь на это полное право. Я не хотела тебе ничего говорить. И Киран не хотел. Мы не собирались говорить… Но я считаю, что это неправильно. Лгать о таком… скрывать.
Больно. Мне все еще было больно.
В попытке вырваться из этого странного тумана, я сосредоточилась на собственном дыхании. Вдох-выдох. И снова вдох-выдох. Глаза оставались закрытыми, и я видела пред собой бесконечную красную пелену.
— Я не смогу от него избавиться. Он же мой… наш. Да, я люблю Кирана, давно люблю. Но я не собираюсь становиться между вами, отнимать его у тебя… Просто у меня будет наш ребенок. А у вас потом обязательно будут свои дети… Вы будете жить долго и счастливо.
Астра еще что-то говорила, кажется, уговаривала ее простить, давила на жалость, на мои чувства, взывала к нашей многолетней дружбе. Пробовала объяснить, как она — моя лучшая подруга — забеременела от Кирана, моего жениха.
О, да, я прекрасно представляла, как! Самым что ни на есть естественным образом.
— Что ты хочешь? — прохрипела я, поднимая глаза.
Красная пелена спала. Комната все еще слегка расплывалась, но лицо Астры я видела отлично. Подруга… вернее, уже бывшая подруга, застыла, захлебнувшись на полуслове, и замолчала, медленно сжимаясь под моим взглядом.
— Так что ты хочешь? — повторила я, выпрямляясь.
Странно, но боль я уже не испытывала. Внутри все будто заледенело и покрылось тонкой корочкой льда.
— Ничего, — едва слышно прошептала Астра. — Ты моя подруга. Я не могу тебе лгать.
«Подруга… и она еще смеет говорить мне такое?»."
"От моей кривой улыбки и ярости, вспыхнувшей в глубине глаз, Астра пошатнулась и отстранилась, рефлекторно прикрывая живот ладонью. Словно я… словно я какое-то чудовище, способное нанести вред ее… их ребенку.
— Миранда… пожалуйста, — прошептала она.
Ее глаза заполнились слезами, а нижняя губа задрожала.