Повезло, как в лотерее: случайно обратились к тому металлургу, который сам изобретает эти чертовы сплавы! Оказывается, на других заводах ему вздумалось менять технологию литья, а у нас осталась прежняя. Вот и…
Воронцов. Досадно. Очень досадно… Вы — наше слабое звено. Отличная репутация — вещь хорошая, но спрячем ли мы за нее недостачу металла?
Бах. Недостачу обнаружить трудно. Литейный цех — непрерывное производство, металл кипит — как тут «снимать остатки»?
Воронцов. Но какой-то внутризаводской учет есть? Передача из цеха в цех?
Бах.
Воронцов. Мм… при различных операциях вы подписываете сами какие-либо документы?
Бах. Обычно нет. Есть девочки-учетчицы.
Воронцов. Они могут иногда и ошибиться, верно?
Бах. И ошибаются.
Воронцов. Хм… это обнадеживает. За ошибку объявят выговор, но… Девочки вам симпатизируют?
Бах. Да.
Воронцов. Весьма удачно. Попробуйте их прощупать: честь коллектива, ваше доброе имя… а можно и по флакончику хороших духов, я дам.
Бах. Считают, недоразумение.
Входит Ферапонтиков.
Воронцов. Давайте и мы так считать: не-до-разумение. Может, грузчики спьяну покидали в кузов годное литье, может, еще что… Главное — стоите прямо! Вы — честный, безупречный человек!
Бах. Был…
Воронцов. Борис Львович, без сантиментов! Для вас на карту поставлено все!
Бах(бормочет). На карту… на карту Сибири… (Уходит.)"
"Воронцов(Ферапонтикову).
Ферапонтиков. Гусаров скажет — девать некуда.
Воронцов. Пусть девает куда хочет! Мне сейчас на свалке лишнее держать нельзя! И добейся, чтобы сразу выкатили копейку, — ясно?
Сцена двадцать пятая
Кабинет Знаменского. Знаменский и Медведев. Знаменский досматривает переданные ему Медведевым бумаги.
Знаменский. Так… Так…
Медведев(протягивая два последних бланка). Это, я считаю, главный козырь.
Знаменский(читает). Ага… Любопытно будет послушать его объяснения…
Входит Кибрит.
Кибрит. Доброе утро!
Знаменский. Привет, Зиночка!
Медведев. Здравствуйте, Зинаида Яновна.
Кибрит(кивая на разложенные бумаги). Вооружен? Вот тебе еще несколько серьезных аргументов. (Кладет на стол акты экспертиз.) Если есть время, я хотела бы поговорить…
Знаменский. О Бахе?
Кибрит.