Косясь в сторону Пал Палыча, Соня тянет с крючка персональное полотенце Мусницкого и начинает бестолково обмахивать пыль.
— С Софьей Рашидовной мы давненько знакомы, — улыбается Пал Палыч после паузы. — Помню, с метлой вы тоже неловко обращались.
Сонины руки, унизанные кольцами, замирают.
— Оставьте вы это пыльное занятие, а заодно и нас.
— Следователь Знаменский! — шепчет Соня, пятясь к двери, и медленно-медленно притворяет ее за собой.
— У вас есть экземпляр годового отчета о деятельности ДЭЗа? — спрашивает между тем Знаменский.
— Тот, что сдаем в район? Есть, Павел Павлович, есть.
Начальник отыскивает в ящиках стола переплетенную стопочку машинописных листов. Знаменский заглядывает в конец отчета.
— Подпись ваша?
— Моя.
— Очень хорошо, прямо подряд и пойдем, — говорит Знаменский и передает отчет Томилину, который раскрывает его на первой странице.
Но тут в кабинет врывается издерганный тощий человек в вязаной шапочке с помпоном.
— Приемные часы написаны с той стороны двери, — автоматически реагирует Мусницкий.
— Предупреждаю, я за квартиру платить не буду!
Мусницкий меняет тон. Не из-за угрозы — из-за присутствия Знаменского и Томилина.
— Гражданин, вы же видите, я занят с товарищами!
— Ну конечно, я — гражданин, они — товарищи, и я пошел вон!
— Завтра — в удобное для вас время. Прошу без очереди."
"— Боюсь, завтра мы тоже будем здесь, — вмешивается Пал Палыч. — Давайте выслушаем сразу. — И предлагает посетителю: — Изложите, пожалуйста, суть дела.
— Да знает он прекрасно! А вы-то кто?
— Мы… проверяющие.
— Тут не проверяющие нужны — милиция! И сажать всех через одного! Иначе толку не будет!
— Полегче, гражданин, полегче! — одергивает Мусницкий.
— А вдруг да будет толк, — усмехается Пал Палыч. — Расскажите.
Посетитель принимается изливать душу:
— Я на верхнем этаже живу. Над нами — чердак. Как зима — на чердаке лопаются трубы отопления. А там голубей видимо-невидимо. Накопился помет. И вот, когда трубы с горячей водой начинают протекать, помет вместе с водой льется сквозь потолки.
— И давно у вас такие аварии?
— Два года подряд. А чтобы акт составить — ни-ни! Вещи пропали, пол пузырями — ни копейки не возместили! Прихожу вот, — кивает на Мусницкого, — рассказываю, а ему смешно, что меня дерьмом поливает!
— Ваш адрес? — задает вопрос Томилин.
— Дом шесть дробь два, четвертое строение, квартира восемьдесят девять. Была дверь на чердак — заделали.