— Пойдем-ка сядем… Откуда сведения такие?
— Десять лет назад я у него шофером работал. Он тогда был Коваль Олег Иваныч. И имел крутой бизнес.
— Какой?
— Рядовые люди, как я, этого не знали, — врет Руслан; про наркоторговлю он умалчивает из осторожности, чтобы не дать Ландышеву козыря против себя самого.
Киснут на солнце охранники. Им сидеть не положено, они в карауле. Руслан делает одному из них знак немного отодвинуться, чтобы не услышал чего, и продолжает рассказывать. Решительные слова произнесены, теперь уже легче идет.
— Эта Вероника красавица была. Без косметики. Лет девятнадцать-двадцать. Мы думали, свадьба будет…
— Давай ближе к мокрухе, — торопит Ландышев. — Без лирики.
— В тот день они на кладбище были, где мать его похоронена. Потом поехали к Веронике домой. Я, да еще один охранник, стоим на улице, ждем. Минут через сорок Олег Иваныч выходит чуть не бегом, весь не в себе. Отпихнул нас от машины и один умчался… Совершенно на него непохоже, он человек железный.
— Ну-ну, не тяни. — Ландышеву не по нутру любая похвала в адрес Коваля.
— Мы подождали, подождали, что делать, не знаем. И я поднялся к Веронике узнать, обещал он вернуться или нет. Гляжу, дверь не захлопнута. Зашел. Она на кровати мертвая… Наша Катерина на нее смахивает.
— Вон что! Ну, дальше.
— Только я спустился к машине, гляжу, Вероникина подруга в подъезд идет. И стукнуло мне в голову: решил сдать ее вместо Олега Иваныча. Позвонил по 02, что в четырнадцатой квартире убийство. И ее на месте застукали.
— А чего ты его выгораживал? — опять недоволен Ландышев.
Но Руслан, выдав тайну Коваля, не переступает какого-то последнего рубежа порядочности — что было, рассказывает, но напраслины на прежнего босса возводить не желает:
— Да он как хозяин хороший был. Мы его все любили.
— За что же он ее такой хороший?
— Я думаю, тут вот какое дело. В тот день милиция в офис нагрянула. Всех повязали. Думаю, Вероника заложила. А Олег Иваныч узнал. И наказал, хотя любил.
— Мы его любили, он ее любил, он ее убил. Шикарная история! — Ландышеву даже не сидится от удовольствия.
— Да так… — уклоняется Руслан.
— Его, значит, тогда не нашли?
— Скрылся. Его и на суде никто из наших не продал.
Один Руслан предатель… И хоть уговаривает он себя, что Олег Иванович ему никто, но мерзко на душе, слов нет. Единственное утешение, что ни в какую милицию-прокуратуру Ландышев не стукнет. Сам попытается на Коваля наезжать. Наверняка. Ну уж тут Олег Иванович авось отобьется.