Девушка встала, поправила мантию и начала говорить:
— Всего уровней магии пять. Шестой — условный, это уровень архимага. На первом уровне магу доступны лишь самые слабые умения. Например такие как: простое магическое зрение, призыв дождя, пробуждение всходов, слабый воздушный или ледяной удар. С ростом уровня растут и возможности. Маг третьего уровня способен устанавливать магическую печать, которая используется в юридическом деле, уничтожать нечисть, исцелять магические раны…
— Хорошо, Ририан, — подтолкнул ректор. — Дальше?
— Третьего уровня силы любой среднестатистический маг достигает к моменту окончания учёбы в академии.
— А архимаги? — опять подтолкнул ректор.
— Они уникальны, — выдохнула Ририан не без зависти. — Чтобы стать архимагом и поднять свои магические возможности на максимум, нужно обладать повышенной способностью проводить силу, большим талантом к обучению, и иметь очень много практики.
— Всё верно, садитесь, — ректор кивнул и задал следующий вопрос.
С одной стороны ничего особенного в таком опросе не было, а с другой — мы сейчас выдавали все возможные тайны. На пальцах разъясняли драконам что у нас, как и почему… Мне такой расклад не нравился. Даже при том, что понимание Рэйтраном нашей магии вроде как увеличивало шансы на успех.
Ректор спрашивал обстоятельно, последовательно, в итоге добрался до магии пятого уровня, о которой мы знали лишь в теории.
Кажется странным изучать то, что тебе недоступно. Но мы учили, правда в общих чертах.
— Та-ак… — ректор давно вышел из-за кафедры, теперь стоял перед адептами, задумчиво перекатываясь с пятки на носок. Имелась у него такая странная привычка. — А кто готов рассказать о магии внушения?
Окинув аудиторию очередным взглядом, он указал на Чейса.
Чейс, который не очень любил теоретические аспекты, был не рад.
Но всё равно поднялся и сказал:
— Внушение — это магия пятого уровня.
Парень вздохнул и добавил:
— Внушение, как инструмент, влияющий на поступки и рассудок других людей, находится на грани правового поля. Официально магия внушения к использованию запрещена.
— А неофициально? — вставил ректор провокационный вопрос.
Чейс пожал плечами. Он не знал. Все мы имели довольно смутное представление.