— Рядом с проблемными детьми, один из которых сегодня днем напал на мою воспитанницу. Меня попытались убедить в обратном. Я пришла побеседовать с Дарианой, так как, по первому впечатлению, она единственный вменяемый человек, хотя и оборотень, в руководстве академии.
Рудольф вдруг почувствовал себя неловким, с этими чересчур длинными ногами, в старомодном пиджаке с широкими лацканами. Такие носить перестали. Лучше бы надел серый, который они с Дарой купили месяц назад.
Вампиры умели быть элегантными даже в робе, а эта кубышка залезла в длинную юбку-карандаш и не побоялась, что блузка с волнами сделает внушительный бюст огромным — ведь все равно не прогадала.
— Вас раздражает, как я пахну, — протянула Аделаида. — Думаем, что с этим можно сделать. Веками нос предупреждал вас об опасности, но сейчас она исходит не от вампиров.
Рудольфу хотелось возразить, поддеть ее. С другой стороны, не он ли выступил сторонником этой идеи, предоставить первокурсникам-вампирам места в волчьей академии.
— Мне нет дела до того, как вы пахнете. Графиня, если я не ошибаюсь, — он легко поднял в памяти ее биографию. Впавшая в немилость тетушка предводителя. И все бы как обычно, если бы не один факт. Она один из первых кровососов. Была молодой и творила бесчинства, когда оборотни еще не умели строить даже деревянных домов.
— Не надо врать. Вы едва сдерживаетесь, чтобы не достать платок и в то же время гадаете, какого размера у меня грудь.
Ни одна женщина, включая покойную жену-мегеру, не разговаривала с ним так."
"Прежде, чем осознал, что собирается сделать, он уже прижал ее к стене, задрал до колен юбку, чтобы просунуть между ними ногу, и обхватил ее сзади за шею удлинившейся кистью. Вампиры, как и оборотни, обладали превосходной регенерацией, но не могли похвастаться такой же прочностью костей.
Аделаида не шелохнулась, только распахнула огромные глаза. С наслаждением, которое давно не испытывал, он поглаживал ее шейные позвонки, давая понять, что перебить их так же легко, как открутить шею голубю. Вторая рука уверенно обследовала грудь.
— Теперь у меня нет вопросов, — спокойно сказал он, в то время как графиня на время перестала дышать. — И вам будет полезно узнать, что мы умеем отключать обоняние, когда оно мешает. Есть и другие средства исследовать мир.