– Причем ты боишься показаться смешным тем людям, которые тебе сами смешны, – продолжал Макар, пропустив его замечание мимо ушей. – Вот в чем парадокс. И закономерно раз за разом попадаешь в неловкое положение.
Бабкин набычился. Илюшин попал в цель.
– Может, у вас, доктор, и рецепт есть? – осведомился он, стараясь говорить как можно саркастичнее. – Или, как обычно, одни диагнозы?
Илюшин почесал нос карандашом.
– Это квест.
– Чего?
– Квест, – повторил Макар. – Игра такая. Пока не пройдешь комнату с загадками от начала до конца, на следующий уровень тебе не попасть.
– Вот спасибо!
– Это не мне. Это провидению. Оно тебе подкидывает одну и ту же ситуацию. Только в разных видах. Научишься выходить из нее без моральных потерь – считай, квест пройден.
Илюшин покрутил в пальцах карандаш.
– Вся эта мистификация с фальшивым трупом могла быть подготовлена кем-то другим?
– Ты имеешь в виду, не балериной?
– Да.
Сергей отложил его рисунок в сторону. Медведкина призналась, что весь розыгрыш задумала она.
– Хм… Теоретически кто-то мог все спланировать. Но зачем?
– Подставить тебя.
– Да кому я нужен? – рассмеялся Сергей.
– Ты, может, и никому. Но, допустим, кто-то очень хотел привести Джоника в бешенство. Проще всего это сделать, врезав по его самолюбию. Простейшая двухходовка! Выставляем на посмешище тебя, а тем самым и Джоника, подобравшего себе такого телохранителя.
Но Бабкин по-прежнему не понимал.
– Зачем? – упрямо повторил он.
– А к чему привел розыгрыш? – вопросом на вопрос ответил Илюшин.
«Да ни к чему», – хотел ответить Сергей. Но остановился.
Розыгрыш привел к тому, что Джоника разнесло на тысячу маленьких яростных обезьянок, и у каждой в лапах был комок грязи. А уж в кого ею запустить, он нашел.
Бабкин покрутил эту мысль так и сяк.
– Хочешь сказать, кто-то заранее мутил воду? – недоверчиво спросил он. – Вывести всех из себя, чтобы…
– …чтобы каждый из присутствующих потом выглядел так, словно у него был мотив для убийства, – закончил Макар.
Сергей поднялся и сердито уставился на него. Начинается! Эти вечные илюшинские игры!
Бабкин почти десять лет проработал оперативником и знал, что основа расследования любого преступления – это рутина. Скучный до монотонности сбор улик. И чем дотошнее они собраны, тем выше шанс быстро найти преступника.
Что требуется сейчас? Изучением вещественных доказательств занимается следствие.