Она вдруг покраснела. И поправила задравшийся подол.
«Какая жалость, что я Катунцева, а не Джоли. С другой стороны, зачем мне этот ее Брэд Питт? Не больно-то он и симпатичный!»
Этой ерундовой болтовней Ася сама заговаривала себе зубы, чтобы не думать о плохом. Например, о том, что охрана все-таки решит проверить окрестности и застанет ее, распластавшуюся, словно морская звезда, на фасаде. Или о том, что она ошиблась с вычислением окна Кармелиты.
Нет, не должна.
Сергей Бабкин, решивший за ужином, что видит перед собой стеснительную пугливую девушку, поглощенную только Виктором, удивился бы наблюдательности Аси.
Кто смеется его шуткам? Кто смотрит на него чаще других? А на кого – он сам? Ася не вслушивалась в треп. Она подмечала непроизвольные движения, кривые ухмылки, едва заметно сморщенный носик, долгий взгляд и поспешно отведенные глаза… Узнай Макар Илюшин о том, какую огромную работу проделала за два часа Ася Катунцева, он нанял бы ее вместо Бабкина.
Ася очень быстро догадалась, зачем Кармелите потребовался телефон. Два факта у нее уже были. Оставалось провести прямую через две точки.
… – Телефон Бантышева все еще у вас?
Кармелита молча уставилась на незваную гостью. Затем усмехнулась:
– Допустим.
– Он мне нужен, – напрямик сказала Ася.
Времени у нее было мало. А чутье подсказывало, что танец под названием «вокруг-да-около» Кармелита любит исполнять не больше, чем она сама.
– Ах ты моя девочка! – умилилась женщина. – Ты ж моя прелесть! Чистенькая такая, хорошенькая…
Она обошла кругом неподвижно стоящую Асю. Оглядела с головы до ног. Присела на корточки, нахмурилась.
– Это что у тебя на носках приклеено? Изолента?
– Чтобы ноги меньше скользили, когда по стене полезу, – объяснила Катунцева. – В ящике стола нашлась.
– Предусмотрительная ты, малышка.
– Сотовый отдайте, пожалуйста.
Кармелита выпрямилась. Похлопала себя по карманам, вытащила вместо телефона носовой платок и громогласно высморкалась.
– И наглая! – одобрительно воскликнула она.
– А я вам за это пароль сниму с него.
Черные глаза вспыхнули. Ася с трудом выдержала впившийся в нее взгляд.
Казалось, Кармелита пытается провертеть в ней две дырки. Улыбка исчезла с губ.