Маньяк проклятый! Это что у человека в душе творится, если он идет на рынок и покупает другого человека, словно это безвольное животное? И ведь денег сколько выложил! На пять тысяч золотых можно всю жизнь прожить припеваючи и ни в чем себе не отказывая.
Снова горький укол в груди. На это бабка с дедом и рассчитывали. На долгую безбедную жизнь. Без меня. Я им не нужна. Я никому не нужна.
Не думать. Не вспоминать. Не оборачиваться.
Никто не позаботится обо мне, кроме меня самой.
Я осторожно подошла к окну и, немного сдвинув в сторону занавеску, аккуратно выглянула на улицу.
О, Боги! Что это за место?
Здесь все серое. Безликие здания, тяжелое низкое небо, площадь под окнами."
"Перед домом собралась большая группа людей. Большинство из них было одето в однотипную форму, что наводило на мысль о военном лагере. Я пробежала взглядом по толпе, с нарастающим беспокойством отмечая, что большая часть собравшихся — это мужчины. Суровые и не очень.
А что, если меня притащили на потеху им??? От одной этой мысли подурнело.
Нашла среди них негодяя, что меня купил и притащил сюда, как козу на веревке. Он стоял вполоборота к окну, уперев руки в бока и разговаривая с каким-то человеком, который, судя по всему, был выше рангом и жестко его отчитывал.
Мой новообретенный кошмар был высоким и здоровенным, как бизон. Волосы до плеч темные, как смоль.
Он будто почувствовал, что я смотрю. Замер на мгновение, а потом резко глянул через плечо, безошибочно находя нужное окно.
Я тихо пискнула и отскочила в сторону. Зажала себе рот руками, чтобы удержать истошный крик, рвущийся наружу.
Я не хочу здесь находиться! Я не хочу быть ничьей невольницей! Я хочу уйти отсюда. Хочу домой! Проклятье. Да у меня и дома нет. Если вернусь, то предприимчивая бабка еще раз продаст.
Едва утихшие слезы снова ручьями покатились по щекам, и я не могла с ними бороться. Кругом западня. Я одна, и никого нет на моей стороне. Мне было страшно. До такой степени, что хотелось забиться в угол, спрятаться и ждать, когда кто-нибудь спасет, вытянет меня из этой пучины.
Голоса под окнами стихли. Я снова аккуратно выглянула, и убедилась, что воины уходят, и мой хозяин вместе с ними.
Это мой шанс.