— Улетай, — из последних сил оттолкнул от себя черную морду дракона, — а лучше сожри меня, или раздави.
Он лег на землю, обвил вокруг меня свой шипастый хвост, положил рядом голову, а сверху прикрыл нас крыльями.
— Почему ты не улетаешь? — спросил едва дыша.
Он только вздохнул и провел по руке шершавым языком.
Эта ночь была страшной. Я не мог спать, не мог подняться. Ничего не мог. Балансировал в полудреме, в бреду, ни в состоянии ни проснуться, ни окончательно заснуть.
Снаружи барабанил дождь, звонко шлепая по кожистым крыльям, рядом размеренно сопел Лифар, изредка приоткрывая один глаз, чтобы посмотреть на меня.
В груди было больно. Из-за Киары, из-за того, что натворил, а еще из-за того, что потратил слишком много. Перешел черту. Там, где раньше билось сердце, теперь пульсировала пустота.
Зря меня ведунья вытащила. Сожгли бы на хер, и дело с концом. Так было бы лучше для всех.
Мне было все равно, что ждет дальше. Трибунал, наказание, изгнание. Какая разница? Все это уже не имело никакого значения.
Сквозь дрему я слышал крики людей в Дестине, лязг металлических цепей, рев дракона и тихий смех, похожий на журчание ручейка. Перед глазами кружились образы, хорошие, плохие, яркие и серые, как дым. Они сменялись, перетекали друг в друга, и не разобрать, где заканчивалось одно и начиналось другое.
Только барабанов не было слышно. Проклятые ан’хары замолчали. Безумие ушло, оставив за собой выжженное пепелище.
* * *Под утро мне все-таки удалось заснуть. Я провалился в душный безликий сон, не приносящий отдыха и умиротворения, а потом меня разбудил Лифар.
Он шевельнулся, зевнул, широко распахнув зубастую пасть и сложил крылья. На меня тотчас обрушился поток холодной воды.
— Ох, — я с трудом сел, потирая затекшую шею. Сил по-прежнему не было. Будто пропустили через мясорубку и бросили в мусорное ведро.
Дракон по-собачьи отряхнулся, щелкнул пастью и подошёл к воде, но пить не стал.
Лифар снова бесцеремонно толкнул меня в бок.
— Чего тебе?
Он опять меня толкнул, так что я откатился на несколько метров по сырой траве.
— Я не хочу вставать.
Лифар угрожающе поднял крылья.
— Зачем мне возвращаться? Меня там никто не ждет. Разве что клетка и топор палача.