Одну вещь, — отмахнулась она и, схватив меня за руку, быстрым шагом пошла в переулок.
— Только отдать и все? — подозрительно поинтересовалась я.
— Да.
— А потом гулять?
— Да, — хмыкнула бабуля, — потом гулять.
— Обещаешь.
— Обещаю, — усмехнулась она, — такой загул устроим, что ого-го-го!
Дед, поспевавший рядом, только довольно крякнул.
Я успокоилась. Ладно. Дело, так дело. К тому же переулок, по которому мы шли, оказался тоже интересным. Здесь продавали животных. Куры, овцы, какие-то странные зверьки в клетках.
Вскоре мы вышли к двухэтажному кирпичному дому и, миновав центральные высокие двери, направились к неприметному черному входу.
— Ждите здесь! — коротко дала распоряжение бабуля и вломилась внутрь, грудью прокладывая себе путь среди остальных посетителей.
Мы с дедом остались наедине. Он и так всегда был не особо разговорчивый, а сейчас и вовсе стоял с таким видом, будто не знал куда деваться, и на меня категорически не смотрел.
Бабуля появилась через пять минут. Взлохмаченная, злая, раскрасневшаяся как рак:
— Живее! Мы следующие!
Следующие? Я полнейшем недоумении посмотрела на нее, на деда, но никто не спешил пояснять.
Меня просто схватили за руку и потащили внутрь. Я едва успевала переставлять ноги, тщетно пытаясь понять, что творится.
— Это сюрприз какой-то? — спросила ошалевшим голосом, когда мы чуть ли не бегом поднялись по пологой лестнице.
— Ага, сюрприз, — просипела бабуля, стирая пот со лба.
Возле очередной двери нас встретил мужчина в коричневой одежде и с такими длинными усами, что их можно было дважды обмотать вокруг головы.
— Вот и мы!
Ни разу не видела, чтобы бабушка так заискивающе улыбалась.
— Эта? — мужчина кивнул в мою сторону и сделал пометку на сером листе.
— Эта, эта, — хором ответили родственники.
— Заходите! — распахнул перед нами дверь, и прежде, чем я хоть слова сказала, бабуля затащила меня внутрь.
В помещении было так ярко, что я зажмурилась, прикрыла глаза руками, и первые неуверенные шаги сделала наощупь, вслепую.
Кое-как открыла глаза и обомлела.
Мы находились в небольшом амфитеатре, в самом центре, на скрипучем постаменте, а вокруг нас в несколько рядов, поднимающихся до самого потолка, сидели люди. Много людей."
"— Следующий лот. Девушка-драконид. Восемнадцати лет отроду. Чиста и непорочна, — раздался зычный голос. И все посмотрели на нас. А именно — на меня.