– О чем ты?
До меня начало постепенно доходить нечто ужасное и, тем не менее, очень простое, все это время лежавшее на поверхности.
За всем стояла Карина?
Я поежилась и попыталась плотнее закутаться в тоненькую куртку. На улице вечерело, холодало, а я не собиралась так долго находиться вне помещения.
Кто же знал, что все так обернется?
Но сейчас страшнее было не от мысли о том, что можно простудиться и заболеть. Страшнее всего было за детей. За Сашу, которого Вероника могла забрать с футбола, и за еще не рожденную дочку в моем чреве.
– Я давно положила глаз на Соколова.
– Это я уже поняла, – хмыкнула в ответ я. Чего только стоила афера с ребенком и суррогатной матерью? Волк давно втянула меня в свои игры, а я, по глупости и незнанию, влезла в них по самое не хочу. А потом… потом появился Дима и я влюбилась.
– С остальными было проще, тебя же я вообще не опасалась. Никак не думала, что ты прыгнешь в койку к моему избраннику, пока я прохлаждалась в больничке, – Карина странно ухмыльнулась.
Неужели, у нее правда были проблемы с психикой? Если да, то чем это было чревато для меня? Чего ждать от неуравновешенного и душевно больного человека?
И ведь даже защититься я не могла. Под рукой не было ничего подходящего, да и делать это на поздних сроках беременности было той еще затеей, я вам скажу!
– Да как прыгнешь! – продолжила Карина, хищно сощурившись. – Стала никто иная, как жена! Но это не твое место, понимаешь?
– А чье? Твое?
– Мыслишь в верном направлении.
– Ты хоть понимаешь, как выглядишь со стороны? Это неправильно, ты не можешь распоряжаться чужими жизнями, как тебе вздумается… ты не можешь заставить тебя любить.
– Ой, ну говоришь прямо как мой психиатр, – хмыкнула Карина, пожимая плечами.
– Что ты собираешься делать? Ну привезла меня сюда, дальше-то что? Будешь просить выкуп?
– Ну что ты, что за глупости! Разве я похожа на человека, который нуждается в деньгах? – Волк обвела себя рукой.
Нет, она не выглядела как бедная, провинциальная девушка.
– Это ты будешь просить.
– Что? – растерянно протянула я.
– Ты попросишь денег. И развод. Напишешь все это Диме. Бросишь Сашу. И уедешь. Очень и очень далеко. Если, конечно, хочешь сохранить свою жизнь и жизнь своего ребенка. Ну, а если нет, что ж, ты развяжешь мне руки.
– Карина… – Я с трудом сглотнула образовавшийся в горле комок.