Ведь всё бы ничего, но прославившийся своими боевыми отметинами бандит говорил красивым, мелодичным, нежным, практически мурлыкающим… женским голосом! Такой голос мог бы принадлежать трепетной блондинке или милой гламурной фигуристой брюнетке с женственными формами и кукольным лицом… он несомненно украсил бы и ту, и другую, ввергая окружающих мужчин в пучину эротических фантазий одним своим звучанием…
Но из уст брутального Шрама слышать подобные звуки было настолько странно и неестественно!
От несоответствия формы и содержания мозг впадал в ступор.
"– Угу. Ну теперь ясно, – кивнул Рур так, будто всё шло по плану. Впрочем, он всегда выглядел так, будто все неожиданности лично утвердил в графике ещё со вчерашнего дня. Только при долгой тренировке и длительном взаимодействии можно было заметить мельчайшие изменения интонаций или выражения глаз, по которым получалось хоть как-то вычислять эмоции. – Ты иди. Камеру забери и проверь всеми возможными способами, реагирует ли на неё хоть какая-то магическая защита.
– А как же?.. – нежно и беспомощно пролепетал бедолага, ткнув пальцем в своё горло.
– Это ненадолго, – пообещал Рур. Пообещал так, будто собирался вскоре замочить голосистого помощника и прикопать на каком-нибудь пустыре. Тот поёжился. – Зато меньше будешь болтать, а в наших условиях жесточайшей секретности это только в плюс.
Он заявил это с уверенностью человека, который лично зачаровал напиток, чтобы помощник не кинулся сплетничать на каждом углу.
– Ты ещё тут? – сурово уточнило начальство, и бедняга подручный поспешил удалиться. Вид у него был до того потерянный, что мне стало его искренне жаль.
После его ухода Рур посмотрел на злополучный кофе и впал в глубокую задумчивость. Наверное, прикидывал, как можно использовать такое полезное зелье. Например, слегка разнообразить себе допрос врагов, заставив их предварительно выпить по глотку.
Я тоже глянула на кофе, потом на Рура и… залилась смехом. Как же меня распирало! Нет, это реакция на стресс, не иначе…
– Ужас в том, – проикала я, не в силах нормально говорить, – что только по счастливой случайности его не пивнул ты… а ведь мог… ещё когда не знал, что он зачарован!
Рур закаменел, видимо, представив себе перспективы.