Крытые и с печкой. Самые лучшие по всей Налагии. А мне, извини, неудобно ехать в карете. Она постоянно вязнет колесами в снегу. А сани крытые и удобные.
– Ты что, смеешься, надо мной, Вея? – процедил Морозов. – Какие еще сани? Что ты несешь?
– Ты, по-моему, забыл, что именно я руковожу нашей экспедицией. Именно я указываю, что нам делать.
– Кем руководишь?
Я осеклась, поняв, что сказала не то. Потому что слово «экспедиция» явно было незнакомо в этом отсталом мире.
– Не обращай внимания, – отмахнулась я.
– Какой еще срок, Вея? – прорычал он сквозь зубы. – Ты скоро выбесишь меня окончательно, и я не посмотрю, что мы заключили договор.
– Нет, Чарослав, у нас договор, давай придерживаться его. Я же не против стать твоей. Но мы говорили, что ты будешь спокойно принимать мои решения.
– Да пойми ты, вредина. Посадник Ижмороса лояльно относится к моему отцу.
– Но посадник Громояра тоже мой подданный, и с ним тоже надо договариваться, – настаивала я. – Какая разница, с кем первым? Я хочу скорее объединить все свои владения.
– И я хочу, Вея. Но пойми, если у нас уже будет поддержка Ижмороса и его ближайших селений и городов, мы станем сильны.
Я понимала, что Чарослав говорит разумно, как умелый полководец и стратег, который не хочет большого кровопролития.
Но в моей голове до сих пор звучали слова вожака оленей о том, что именно в Громояре я смогу найти какого-то помощника. Своим спутникам я не сильно доверяла. Может, только на Ольгину и Ирингу могла положиться. Мы с ними очень сдружились за время пути. Но мужчинам из клана Медведей не верила.
Потому мне нужны были помощники и соратники, которые были бы именно на моей стороне и воспринимали спокойно то, что наместницей может быть и женщина. И искать таких преданных людей я должна была сама. Оттого и настаивала на необходимости ехать именно в Громояр.