— Ну, что случилось? Рассказывай, — спрашивает, убирая с моего лица мокрые пряди волос, выбившиеся из причёски.
Его глаза такие, понимающие в эту секунду, что я решаюсь признаться:
— Ревную тебя… Сильно…
— Пф-ф… — смотрит в сторону, туда, где море встречается с небом. — Я тебя тоже. Пиздец как. Всегда."
"Сжимаю под водой его бедра своими ногами ещё крепче, словно проверяю на прочность.
— Я повода не даю, — огрызаюсь.
— А я даю? — спрашивает с улыбкой.
Задумываюсь, прежде чем ответить.
— Нет… но это не спасает, — упираюсь головой в его плечо.
— Ты даёшь мне повод, — недовольно говорит мой мужчина. — Притормози, блин… Настя, — отклоняется.
— Ког-да, Андрей?
Я в шоке, да я вокруг никого даже не замечаю!
— Когда одеваешься так, как будто… хм… юбку забыла дома, — вжимает меня руками в свои бёдра, словно мы прямо здесь занимаемся сексом.
Чувствую его эрекцию. Интересно, у нас будет сон час днём?
— Но ведь… я даже по сторонам не смотрю, — удивлённо моргаю.
— Зато на тебя смотрят… Посмотри туда, — кивает на пляж. — Вон те парни, возле волейбольной площадки, обсуждали твою задницу, когда мы проходили мимо. А мужик у бара перестал пялиться в свой телефон. Ты всегда привлекаешь мужское внимание, а мне приходится с этим справляться. Потому что бить всем морды, я просто заебусь.
Почему-то услышанная мной информация вызывает не желание ему посочувствовать, а дикий непреодолимый восторг.
— Не надо никого бить, мой ревнивец, — говорю, закрывая его рот поцелуем. — Я больше не буду забывать юбку дома. Обещаю.
Глава 31. Настя
Разгорячённые от солнца и желания, врываемся в наш люкс на четвёртом этаже. Целоваться мы начали ещё в лифте, и я не совсем понимаю, как мы добирались до номера.
— Три часа мечтал об этом, — говорит Андрей, приспуская верх от комбинезона и захватывая в ладони ноющую грудь.
Вмиг разворачивает моё тело спиной к себе, вжимается каменным членом в поясницу и целует шею влажными губами. У меня мурашки по коже от восторга. Руки Андрея везде, на груди, на животе. Поворачиваю голову, ища его губы. Он, конечно, тут же целует, так как только он умеет.