— Так дитя или сумасшедшая девица? — не удержалась я от язвительного вопроса и схватилась за его руку.
— Сумасшедшее дитя, — он резко дернул меня вверх и я припечаталась к нему всем своим телом.
Но это длилось всего секунду и я тут же «отлипла» от него и отошла в сторону. Он усмехнулся и, нагнувшись, поднял книгу, которую я уронила.
— О, как неожиданно… — протянул он, разглядывая обложку. — Женитьба Фигаро… Любопытные литературные пристрастия для юной девушки…
— Отличное произведение, — я гордо задрала подбородок, давая ему понять, что не позволю насмехаться надо мной.
— Да что вы? Как интересно… — мужчина взглянул на меня по новому, с все нарастающим интересом и легкой снисходительностью, что невероятно раздражало. — И какой же глубокий смысл скрыт в этой комедии?
— В самом сюжете заключается насмешка над аристократией, — чеканя слова, ответила я, глядя на него в упор. — Простой слуга осмеливается оспаривать свою невесту у могущественного дворянина, и благодаря своей смекалке, ловкости и остроумию Фигаро выходит победителем в этой, казалось бы, неравной битве.
Он с трудом скрывал свое изумление, и этот факт пролился бальзамом на мою душу. Съел?
— Вы живете где-то поблизости? — спросил он, внимательно глядя на меня, и этот изучающий взгляд переместился на мои руки.
Он резко схватил мою кисть и перевернул ладонью вверх. Я вспыхнула, понимая, на что он смотрит. Дождь начинался все сильнее.
— Что не так с моими руками? — холодно поинтересовалась я и он нахмурился.
— На них мозоли. Вы трудитесь."
"— А вы считаете труд чем-то постыдным? — мне нравилось дразнить его, но в тоже время, я начинала злиться от такого неприкрытого снобизма.
— Донне из аристократической семьи не пристало заниматься ничем иным, кроме рукоделия, музицирования, посещения балов и прогулок.
Ах ты… Меня невероятно покоробило это высказывание и вырвав из его рук книгу, я сказала:
— А еще не пристало высказывать своё мнение, озвучивать свою точку зрения, а спорить молодой девушке вообще запрещено. Впрочем, как и размышлять.