Аня писала, что Маша и мать нашли общий язык и все свободное время занимались живописью. Меня очень радовали такие новости.
— Как ты проводишь время в перерывах между эротическими фотосессиями? — непринужденно поинтересовался я.
Щеки девушки вспыхнули румянцем, но именно такой реакции я и ждал. Она подобралась, ее глаза забегали по моему лицу.
— Я пошутил, — и все же не сдержался и прикоснулся пальцами к ее лицу. Такое чувство что месяц её не видел. Себя не узнавал и не понимал что со мной происходит.
— Мы хорошо проводим время. Твоя мама занимается с нами живописью, утром мы выходим гулять. Твой отец говорит, что мы с Машей поправились и наели щеки.
— Ну я бы так не сказал, — окинул ее хрупкую фигуру голодным взглядом. — Куда-то ездили?
— Много куда. Больше всего мне понравился заброшенный пляж на Мамайке.
— Ооо, — протянул я и рассмеялся. — Отец все-таки отвёз вас туда?
В детстве я часто с ним там бывал.
— Да, очень красивое место, мы даже немного покатались на яхте в один из погожих деньков. Александр Сергеевич взял штурвал в руки и сказал Маше, что он капитан. На что она недовольно поджала губы и заявила, что капитаны имеют специальную шляпку. Да-да, именно шляпку так и сказала, — рассмеялась Аня звонким смехом, — взяла откуда-то козырек водрузила себе на голову и протиснулась у него между рук.
— А ты?
— Что я?
— Нашла шляпку капитана или будешь брать штурвал натиском? — я с тихим вздохом прислонился спиной к дереву.
— Я буду стоять в стороне и подобно настоящему капитану, который умеет управлять судном и стихией, наблюдать за всем у штурвала с непроницаемой маской на лице, — я нарочно поддразнивал ее, и получал огромное удовольствие от ее ответов.
Аня поправила рукой золотистые локоны, а в глубине ее глаз вспыхнуло нечто такое, от чего я нервно сглотнул.
— Игорь! — во двор вышла мать в фартуке. — Вот так сюрприз! И даже не предупредил. Ну и замечательно! Сейчас будем ужинать.