Любой откровенный жест мог закончиться приступом паники, похожим на тот, что настиг Эвера на дороге рядом с колючим растением ильди.
Нет, он определенно не испытывал возбуждения — только интерес, любопытство и удовольствие от созерцания прекрасного.
— Ты долго? — проворчал Эвер, потому что ему надоело чувствовать себя идиотом с пылающими ушами. А потом он скосил взгляд и увидел, что Фай наблюдает за эйхарри открыто, без неловкости и стеснения. Стоит на берегу и разглядывает ее обнаженную.
— Отвернись, — прошипел ему Эвер.
— Почему? — удивился Фай. — Она же сама разделась перед нами.
В его взгляде, к слову, похоти тоже не было — любопытство, как и у Эвера, но в груди все равно поднялась волна ярости.
— Отвернись, — снова процедил он сквозь зубы, а когда Фай не послушался, грубо схватил его за плечо и заставил отвернуться насильно. — Если у Иданн нет стыда, то у нас с тобой он быть должен.
— Да что с тобой? — удивился Фай. — Весь красный и злой.
Эвер не знал, что с ним, просто ужасно разозлился на бесстыдницу Иданн, выставляющую себя напоказ, а еще больше — на Фая, посмевшего любоваться ее прелестями.
Всю оставшуюся дорогу, после того как Иданн вышла из озера-лужи и оделась, он угрюмо молчал, обиженный непонятно на что и смущенный. Они двигались под стремительно темнеющим небом, и в вечерней тишине Эвер без конца прокручивал в мыслях увиденное на берегу высохшего речного русла. Обнаженное женское тело. Иданн, не знавшую неловкости, прекрасную в своем бесстыдстве.
В Троелевстве такую женщину заклеймили бы позором и отправили в Кипящие болота. «Бесчестье хуже смерти».
Вот только почему-то Эвер не спешил осуждать чужую распущенность, а был нелогично восхищен. Возмутило его лишь одно: свидетелем наготы Иданн стал другой мужчина.
— Смотрите, впереди скалы, — воскликнула драконица и показала в сторону горизонта, где на фоне темных туч выделялось несколько еще более темных пятен. — Думаю, там найдется пещера, где мы сможем переночевать.
"Пещера действительно нашлась, а по пути к скалам они, к огромному своему облегчению, наткнулись на парочку ильди, благодаря чему смогли утолить голод и жажду. В этот раз, помня о недавнем приступе паники, эйхарри не пыталась кормить Эвера с руки, и он ощутил досаду, но тут же отругал себя за глупые мысли.
— Как скоро ты сможешь обернуться драконом? — спросил Эвер, когда небо над головой сменилось каменным сводом с наростами известняка.