Спасти дракона

Можно быть умнее меня — я не льщу себе, великим умником я никогда не была и вряд ли когда стану.

Можно быть сильнее меня — можно, хотя я сильна. Мой род старше этой академии, он застал еще старую Империю, и уже тогда был древним — и все это время мы роднились только с сильными магами. Особенность нашей силы такова, что удержать ее в узде способен только щедро одаренный маг, вот и брали в род тех, кто родит сильных детей. Сложно спорить с многовековой селекцией — сложно, но можно.

Можно быть выученным лучше, чем я — хотя в это я уже слабо верю.

Меня без жалости муштровали с трех лет, с тех пор, как я стала мало-мальски сознающим себя человеком. Дрессировали без поблажек и скидок на пол и возраст. Драконы щедро делились знаниями, но… то, как готовили магов в драконьей Академии, и близко не походило на горнило, через которое пропустили меня. Один наставник на десяток адептов — совсем не то же самое, что десяток взрослых на пару-тройку детей, а жажда жизни мотивирует гораздо лучше, чем жажда знаний.

И драконы — не люди, и их магия отличается от человеческой.

Они выше магическим потенциалом, они дольше живут, они сильнее. Вот и выходит, как будто младшую сестру нарядили в одежду старшей. Не по размеру. Не по возрасту. Вроде бы, и разница невелика — а сидит не так."

"И пусть за свою долгую жизнь драконы успевают накопить больше знаний. Я ведь уже упоминала, что мой род старше не только любого дракона в этой Академии, но и самой Академии? Есть повод задуматься, сколько знаний накопили мы.

Но, несмотря на это, я признаю, что старательность и талант у всех разные, и они не всегда зависят от происхождения.

И прилежный, щедро одаренный даром и разумом простолюдин может выучиться лучше меня.

Вот только как быть с тем, что помимо собственной магической силы, у каждого из нас есть доступ к силе родовой? Как быть с вереницей предков, стоящих за спиной каждого мага из древнего рода?

Я не знаю, как обстоит дело у Светлых и стихийников, каждый из потомок древнего Темного рода — это дверь, через которую в любой могут выйти в мир его предки, давно покойные.

Каждый из нас — стена на границе между реальным и потусторонним, дверь этой стене и замок на этой двери.

Мертвые подчинены нашей воле, а мы смиряем силу мертвых. Мы ограничиваем и усиливаем друг друга, и никогда не найдется простолюдин, способный в одиночку превозмочь бесконечную цепь поколений, соединенных общей кровью и общей силой.

И доказательством тому — моя стычка на границе владений Ривад.